Потом обход на заводе, там скоро запуск ещё одной линии обжига для посуды, пока мы только пробовали и искали, как сделать продукцию дешевле.
Почти в каждой деревеньке были свои гончары, но всё равно посуда была дорогой, а нам нужно сделать такую посуду, чтобы её хотели покупать и могли это сделать даже простые люди, и поэтому она должна быть дешёвой.
Потом нужно обустроить свою мастерскую здесь. У меня аж руки зачесались почувствовать послушную глину и отдаться на волю своей магии творца."
"Раньше магическая посуда согревала еду, можно сделать и наоборот, чтобы она сохраняла холод.
Холодные лари тут уже были, но скорее как заморозка, никто не заморачивался, что можно сохранять в более прохладном месте другие продукты. В ларях в основном хранили мясо, которое замерзало до состояния колотушки.
В общем, у меня было столько задумок и желания быстрее окунуться в свою работу, что всё остальное, что приходилось делать, раздражало.
Я даже придумала свою печать, знак, который на посуду буду ставить, осталось сделать свою посуду.
Но сначала… Я вздохнула и, подхватив поднос, который приготовила повариха, Ронья, кстати, жена конюха, понесла его в комнату Имары.
Девушка уже проснулась, лекарша напоила её зельями, показывая, какое и когда пить. Увидев меня с подносом, тут же поднялась со стула рядом с кроватью и поклонилась:
— Госпожа, ваша домоправительница идёт на поправку, швы у неё снимать не нужно, нити я сама делаю, рассосутся.
— Хорошо, госпожа Офди, спасибо, что согласились нам помочь.
— Ну как же, — женщина улыбнулась, — вы наша хозяйка.
Женщина вышла из комнаты, а я поставила поднос на специальный деревянный столик для завтрака в постель и села рядом на стуле.
Пару минут мы просто молчали.
— Я уеду, как только ты мне скажешь, — сказала Имара.
— Почему ты хотела меня отравить? — спросила я. — Я говорила, что потеряла память после взвара невесты, скорей всего, так подействовал твой яд. Я почти ничего не помню. Моя жизнь началась после того, как я открыла глаза утром после брачной ночи.
Поэтому я хочу знать, почему…
Я нагло лгала, но у меня не было выбора, и яд во взваре невесты — хороший способ спихнуть на него потерю памяти.
— Я видела тебя с Джулианом, — выдавила из себя Имара, — и он вёл себя с тобой развязно, словно ты… принадлежишь ему. Джулиан мне никогда не нравился, но в последнее время он стал слишком наглым, и это было неспроста. Я была уверена, что ты хочешь навредить герцогу, а я не могла этого допустить.
