Хочу опуститься на колени, чтобы припасть к нему ртом, но Боунс мне не позволяет.
– Что с тобой творится? Ты сама не своя, – говорит он, но я закрываю ему рот поцелуем и стаскиваю с него джинсы. Стягиваю с себя трусики, перепрыгивая с ноги на ногу, и достаю презерватив из кармана юбки. Но Боунс удерживает мои руки.
– Что не так? – Я выдавливаю из себя жалкую улыбку. – Разве ты не любишь людные места?
Его лицо каменеет, но я не даю ему опомниться. Мои пальцы скользят по его плоти, расправляя латекс презерватива.
Потом обнимаю его за шею и обхватываю ногами его за талию, повиснув на нем, как дикая коала – на ветке эвкалипта. Между крайней точкой его желания и точкой моей готовности – считанные сантиметры. Ему нужно просто войти в меня. Ему нужно просто уступить мне…
– Прошу тебя, – умоляю я.
Ни один мужчина не сможет сопротивляться, если твои руки достаточно смелы…
Я взлетала к небу и падала в пропасть, хватая ртом воздух при каждом толчке. Я не сводила с него затуманенных глаз, а он неотрывно смотрел на меня, время от времени прижимаясь губами к моим губам, – так прикладывают кислородную маску к лицу тяжело раненных.
Как же красив он был в эти мгновения, как беззащитен. Даже не верилось, что дьявол может выглядеть таким… уязвимым, таким зависимым. Даже не верилось, что тот, кто вонзил нож в тело беременной женщины, может быть так упоительно нежен… Я тряхнула головой, прогоняя видение окровавленного живота, но оно не желало исчезать. Оно душило меня, сжимало горло и отравило последние минуты близости.
Все, о чем я думала, когда Боунс в изнеможении опустился на землю, усадив меня к себе на колени, это то, как низко я пала. Как легко я смогла переспать с убийцей.
* * *Мы сидим на берегу озера, наблюдая за восходящей луной. Моя голова – отяжелевшая, гудящая, пустая – у него на коленях. Его пальцы – в моих волосах.
– Я люблю тебя, Боунс, – говорю я тому призраку, который остался там, в Саймонстауне, – теперь уже вечный заложник прошлого. Тот, к которому мне уже никогда не найти дороги.
– Я люблю тебя сильнее, – отвечает призрак. И, склоняя надо мной лицо, прибавляет: – Меня не покидает ощущение, что что-то произошло. Ты в порядке?
– Просто разлука была долгой.
– Все позади. Теперь я не отпущу тебя ни на шаг. Поехали ко мне? – предлагает он. – Я хочу показать тебе свой дом… Наш дом.
Я киваю, пристально разглядывая белые цветы на глади озера, купающиеся в лунном свете.
– Хорошо. Только принеси еще одну кувшинку. Моя завяла.
