– Я скуплю тебе весь цветочный отдел, как только мы доберемся до магазина, – улыбается Боунс.
– Я хочу кувшинку, – упрямо говорю я.
– Ты шутишь?
– А ты, должно быть, не умеешь плавать.
– Ты считаешь, я только что недостаточно взмок, рыжая бестия?
– Нет, я считаю, что ты все равно выйдешь сухим из воды.
Кто тянет меня за язык. Надо быть осторожней. Боунс прищуривается, но вопроса о том, что я имею в виду, не следует.
– Я достану тебе даже цветок папоротника, если ты попросишь[34], – говорит он и, наклоняясь, целует меня в лоб.
Потом стягивает футболку и джинсы и входит в воду.
Я смотрю на его удаляющуюся спину. Потом достаю из клатча листок бумаги и нацарапываю на нем, продавливая до дыр, слово «прости». Заворачиваю в эту бумажку помолвочное кольцо и крестик Боунса и кладу в карман его джинсов. В последний раз вдыхаю аромат одеколона «Авентус», исходящий от его футболки, – его запах, который будет вызывать у меня слезы даже годы спустя, – и, не оглядываясь, бегу к выходу из парка.
Глава 15
Я мчала на машине по каким-то улицам, не разбирая дороги.
Только не плачь. Тебе нельзя плакать. Потому что если начнешь, то не сможешь остановиться никогда.
– И приятного легкого вечера всем, кто коротает время с «Фолк-Эф-Эм»! В Эл-Эй восемь вечера, а в нашем хит-параде на очереди группа «Гражданские войны» с композицией «Хребет дьявола»…
О Боже, о Боже, что я натворила! Я влюбилась в беглеца. О Боже, о Боже, молю тебя, пожалуйста, не забирай этого грешника у меня[35]…
Я ударила рукой по кнопкам аудиосистемы, не желая слышать голос певицы.
Но он продолжал звучать, заполняя салон – отчаянный, чистый, удушающе красивый:
О Боже, о Боже, что я делаю? Я влюбилась в того, в ком нет ни частицы святого. Дьявол взрастил его на своем хребте. О, я просто хочу забрать его с собой!"
"Я принялась лупить рукой по кнопкам, желая выключить радио, но что-то, черт побери, сломалось. Оно не выключалось. Музыка рыдала в салоне моей машины. С моей душой на пару.
Награди меня этим бременем, этой виной! О, скольких Богородиц еще мне молить? Мне все равно, виновен он или нет.
Он прекрасен, он ужасен – и он все, что у меня есть! О Боже, о Боже, молю тебя, пожалуйста, не забирай этого грешника у меня. Не забирай его у меня…
Оставив попытки выключить радио, я опустила стекла, чтобы гул ночного города заглушил голос певицы, потом просто сдалась и съежилась в комок. Моя любовь разрушила меня, а музыка доломает то, что осталось…
Но это уже не важно. Главное – теперь Лилит найдет ее.
