Он разворачивает меня к себе, и сетчатка моих глаз едва успевает различить пролетающую перед лицом ладонь. Я ничего не чувствую. Но понимаю, что меня только что наотмашь ударили по лицу.
– Надеюсь, ты любишь слегка пожестче. Вы же все любите.
– Нет, – отвечаю я, и это звучит слишком громко и слишком категорично для этой маленькой гостиничной комнаты. – Не вздумай больше…"
"Я не успеваю договорить. Его руки смыкаются на моей шее, опрокидывают на кровать и тут же вжимают в постель лицом. Я не могу дышать. Схватив меня за волосы, он вдавливает мою голову в матрас.
Минуту я барахтаюсь и трепыхаюсь и, когда он наконец отпускает меня, подпрыгиваю на кровати, хватая ртом воздух. Я готова закричать, готова броситься на него с кулаками, но ублюдок прижимает меня к себе и начинает бормотать мне в лицо: «Тихо, тихо, тихо, я просто не люблю дерево и вату, о'кей? Все нормально, все нормально. Просто не вздумай засыпать со мной, поняла? Ну вот, глазки шире, еще шире. Ты проснулась? Умница, девочка. Ты такая умница…»
Привкус крови.
Я чувствую его во рту. Моя губа лопнула, когда он вжал меня в матрас.
– Хочешь уйти? – спрашивает чудовище. – Ты можешь уйти, пока мы не начали по-настоящему. Но если ты решишь остаться, то, клянусь, я не потерплю бревно в этой постели.
– Я… остаюсь…
– Что? Громче!
Я ОСТАЮСЬ.
– Скажи, что хочешь остаться. Что мечтала об этом всю жизнь.
– Я хочу ос-статься, – выговариваю я заикаясь.
– Ты мечтала об этом?
Я не могу выдавить из себя эти слова. Взгляд мечется от склонившегося надо мной лица к двери и обратно.
Как скоро она придет? Как скоро?! КАК СКОРО?
Рука, которая полчаса назад по-дружески поднесла к моей сигарете зажженную зажигалку, больше не принадлежит офисному клерку. Теперь это рука маньяка, натянувшая на мне нижнее белье так, что ткань врезалась глубоко в кожу.
– Не слышу, – шипит он.
– Да, я мечтала об этом! – сами собой слетают слова у меня с языка. И это точно сказала не я, а мой автопилот – резервная программа, которая есть в каждой женщине и которая включается и подменяет нас, когда мы впадаем в шоковое состояние.
Меня там больше не было – мое я зажмурилось, свернулось калачиком и залегло на дно, как рыба.
Пока мой автопилот делал все, чтобы спасти меня: говорил, гримасничал, изображал желание и заигрывал с чудовищем. Я воспринимала звуки так, словно они доносились извне: скрип пружин и голоса – хриплый, вязкий голос монстра и голос, удивительно похожий на мой собственный.
– Пожалуйста, поласковей со мной.
