Вот и все. Это жалко и не интересно, и давно в прошлом. Забудь, птичка. С тех пор я научился жить, не впуская никого в свою душу.
Илья говорит непонятные вещи, неприятные и болезненные для него. Я это вижу, несмотря на все его показное равнодушие и мнимую браваду. И неправильные, от которых невозможно просто уйти в сторону. Толпа гостей вместе с хозяином окружает сверкающую ель, отрезает от нас вставшего на ноги китайца, и я спрашиваю парня, улучив момент нашей с ним уединенности:
- А ты получал, Илья?.. Пусть твой отец платил, но ты чувствовал от Донга тепло? Настоящее? То, что греет сердце?
Люков как-то странно смотрит на меня: пристально, хмуро.
Растерянно скользит ладонью по волосам, отведя взгляд. Я не хочу излишне вторгаться в его душу, я знаю, как это больно, но ответ парня услышать мне кажется крайне важным. Не для меня. Для него. И он все-таки отвечает:
- Да.
А я облегченно выдыхаю, не заметив, что затаила дыхание:
- Значит, деньги тут ни при чем, Илья, не думай о друге плохо. Он привязан к тебе, это сразу видно: сердечное тепло за деньги не купишь.
И, кажется, очень соскучился. Для человека материально заинтересованного, его взгляд очень искренен и полон тоски. Так умеют смотреть только близкие люди.
Похоже, после бегства из рук Люкова, парень не намерен больше касаться меня, и я делаю к нему шаг сама. Беру в руки мужскую ладонь и некрепко сжимаю, желая разделить с ним настроение.
- Пойдем, Илья, - говорю, увлекая его за собой к шумным гостям. - Смотри, твой друг Донг уже приступил к гаданиям.
Роман Сергеевич обещал, что будет интересно."
"На ветвях праздничной ели десятки новогодних украшений. Хозяином дома дана громкая команда отыскать среди драконов ""мандариновых и краснокрылых"" - тех самых, внутри которых сюрпризом спрятано крохотное печенье с предсказанием, и гости с шумом и смехом приступают к поискам.
- Нашла! Нашла! - громко веселится какая-то женщина, стащив игрушку с пышной ветви, раздвигает локтями толпу и приподнимает над головой. - Чур, уважаемый Донг, огласите мне предсказание первой!
- А вот еще! Посмотрите! Ух ты, какой дракоша! И что с ним теперь делать? - интересуется ее спутник, поворачиваясь к недавнему музыканту.
- Рома, надеюсь, твой китайский товарищ настроен положительно, и не предскажет крах моего банка? А то я приду к тебе за займом! - совсем как ребенок, сипит взрослый уже грузный мужчина, похохатывая в кулак.
Ирина тоже снимает своего дракона вслед за Яковом, и подносит к Донгу.
