Горькие ягодки

Слова-то нормальные, но чудовищный смысл этих нормальных слов мгновенно парализует меня.

Мой папа… Мой папа работал телохранителем у известного в нашем городе бизнесмена. Папа погиб вместе с ним и водителем. При взрыве их машины. На днище была приклеена взрывчатка. Виновного так и не нашли."

"«Приклеить взрывчатку это пара секунд, – объясняли полицейские маме, – это мог сделать любой проходящий мимо…» Любой. Уронил что-то около машины, нагнулся, чтобы поднять… И всё. Чья-то жизнь висит на волоске… Когда я подросла, я много читала про такие случаи, смотрела фильмы… И да.

Виновных находят далеко не всегда…

Мне было тогда всего два года, и я почти не помню папу. Единственное сохранившееся воспоминание, я сижу у него на шее и папа катает меня по солнечному парку. А мама идёт рядом и смеётся. И золотые искорки горят в её глазах…

Я замираю под дверью, обратившись в слух. И включив на запись свой смартфон, который я до сих пор держу в руке. Ведь, выходя из нашей комнаты, я собиралась позвонить маме, что скоро буду.

Я настолько боюсь быть обнаруженной, что с трудом вникаю в смысл беседы, если можно так назвать поток непристойностей и нецензурных слов и выражений с редкими вкраплениями всем понятных обычных слов.

И страшнее этих всем понятных слов нет ничего. Потому что наш директор хладнокровно обсуждает со своими невидимыми мне собеседниками убийство…

глава 17

Марианна

Зима на исходе, но уходить не торопится. Мокрый снег хлещет мне в лицо, залепляя глаза. На улице довольно холодно, а ещё скользко.

Свежевыпавший снежок коварно прикрывает заледеневший асфальт по-вечернему безлюдных улиц нашего городка.

У нас маленький городок, поздним вечером на улицах почти никого. Только редкие прохожие, спешащие поскорее покинуть пустынную темноту улиц. Более-менее хорошее освещение у нас только на немногих центральных улицах. Там же довольно сносное дорожное покрытие.

Проезжая часть остальных улиц изобилует ямами разнообразных размеров и глубины. Немногочисленные активисты нашего городка регулярно выкладывают видео с этими ямами в интернет, шлют куда-то, но толку никакого.

Говорят, наш очередной мэр ворует и деньги, выделенные на ремонт дорог, кладёт себе в карман. Но дальше разговоров дело не идёт. Дороги остаются неизменными, а мэры, видимо, продолжают воровать.

Я поскальзываюсь на очередной выбоине, перебегая дорогу уже недалеко от своего дома, чертыхаюсь в сердцах и не сразу замечаю человека, который стоит на тротуаре в густой тени от зарослей кустов сирени.