Надо позвонить в банк и предупредить о краже кредитной карточки, на которую мне переводят зарплату. Потом я позвонила отцу и честно сказала, что со мной случилось.
— Бронечка, надо немедленно поменять замки!
— Папа, я знаю! Но где я сейчас их возьму?
— Позвони в какую-нибудь фирму, заплати подороже.
— Пап, у меня сто пятьдесят рублей в доме, остальное украли.
— Хочешь, я привезу тебе деньги?
— Нет, папочка, не надо. Я займу у соседей. Дверь закрою на задвижку, если кто-то полезет, вызову милицию. Не волнуйся.
Почему-то разговор с отцом меня добил.
Я разревелась. Как быстро Бог наказал меня за Женю. Конечно, это не трагедия, но неприятность существенная. А хуже всего то, что я оказалась лохушкой, которую так здорово развели два едва ли десятилетних пацана. А что только не пронеслось в голове, пока я выскакивала из машины на помощь сбитому ребенку… Я успела увидеть себя в тюрьме, терзаемую муками совести, услышать горестные вопли матери, потерявшей сына по моей вине… Сумка пропала? Да черт с ней! Придется вытерпеть кучу неприятностей и потратить массу времени на восстановление документов, но по сравнению с тюрьмой и смертью мальчишки это такие пустяки…
Мало-помалу я пришла в себя.
. Приняла душ, поела, позвонила Инне Геннадьевне домой предупредить, что завтра не приду до обеда, надо поменять замки.
— Бронечка, — прониклась сочувствием начальница, — я вам сейчас дам телефон замечательного мужчины, вы скажете ему все, он завтра купит замки и врежет, все сделает честь по чести, останетесь довольны.
— Спасибо, Инна Геннадьевна, — растрогалась я.
Вдруг позвонила Полина.
— Мамуля, привет! Знаешь, мы где? Во Флоренции! Тут так клево! Просто супер! Мы с папой решили, что купим тебе здесь подарок. На мосту Понте-Веккьо!
— Поль, я так соскучилась!
— Мам, я тоже! А как Женя?
— Женя… Он уехал.
— Далеко?
— Очень. В Гватемалу.
— Гватемала? Это где?
— В Центральной Америке.
— Ух ты! Здорово! Мам, а он к свадьбе-то вернется?
— Нет. Он уехал на полгода.
— На полгода? — В голосе Польки послышались панические нотки.
— Ты с ним поссорилась, да?
— Нет. Просто у него там очень выгодный контракт. Только и всего.
— А ты и рада, да? — Голос уже звучал враждебно.
— Нет, не рада. Но что ж мне, удавиться с горя?
— Я бы на твоем месте удавилась!
— Смотри только не удавись на своем. А Лабрадора я тебе сама куплю. Разумеется, если ты будешь за ним ухаживать.
— Ой, правда? Правда купишь?
— Обещаю. Вот вернешься — и купим.
— Ладно, — смягчилась она.
