Город и его ненадежные стены

На небе не было видно ни луны, ни звезд.

Видимо, северный ветер снова привел за собой тучи.

Видимо, я задумался настолько глубоко, что ноги сами принесли меня не к дому, а к библиотеке. Когда я очутился возле нее, часы показывали без двадцати десять.

После недолгих раздумий я решил зайти внутрь. Возможно, мне просто не хотелось идти домой, ведь там, в опустевшей комнате, я сразу почувствовал бы себя очень одиноким. А мне хотелось подольше сохранить ощущение близости этой женщины. Я все еще чувствовал ее мягкие губы на своей щеке.

Я не испытывал подобного уже много лет.

«Как после свидания в школе», - сказала она. Мысль эта не казалась мне такой уж надуманной. Мы оба были в этом городке «новичками» и еще не успели физически и морально привыкнуть к новой обстановке. Наши движения и то, как мы разговаривали друг с другом, все еще были неловкими. Я действительно вел себя как школьник - не торопился идти домой только потому, что она слегка поцеловала меня в щеку в знак благодарности.

Я достал из кармана связку ключей, осторожно открыл железные ворота библиотеки, а потом так же осторожно закрыл их за собой. Поднялся по склону и отпер дверь веранды. В библиотеке было темно и прохладно. Только зеленые аварийные огоньки на стене тускло освещали интерьер. Это был мой третий ночной визит в библиотеку. Я нервничал гораздо меньше, чем в первый раз. После того, как мои глаза привыкли к темноте, я подошел к стойке и взял фонарик, который теперь всегда лежал там.

Освещая пол перед собой, я направился в подвальную комнату в глубине коридора.

Когда я осторожно открыл дверь, там было темно, но в печи горел огонь. Не то чтобы он был очень ярким, но несколько толстых поленьев все же светились тусклым оранжевым светом. А в воздухе витал знакомый запах старых яблонь. От света печи оштукатуренные стены казались красноватыми.

Я огляделся вокруг. Кто-то положил в печь дрова и растопил ее. Наверняка это был Коясу - больше некому.

Но его самого нигде видно не было. Только огонь тихо потрескивал в печи. Видимо, его разожгли достаточно давно, потому что комната успела неплохо прогреться. Я снял шарф, перчатки и пальто, и встал возле печи. Все-таки, я замерз гораздо сильнее, чем мне сначала показалось.

- Господин Коясу? - осторожно спросил я. Никакого ответа не последовало. Моему голосу не хватало силы, и он беспомощно растворялся в пространстве комнаты, не достигая ничьих ушей.