Город пропащих

Хозяин заметил его колебания и продолжил в более жестком тоне:

- Знаете, я тоже как-то проспал все эти разборки с применением оружия с 92-го по 95-й год. Правилка в Чечне меня тоже никак не задела поразительно, но факт. Мое прозрение произошло довольно поздно, мне уже почти пятьдесят, но оно произошло. Теперь я могу умереть с открытыми на мир глазами. Вы, очевидно, сочувствуете этим... - он помолчал, - жертвам. Но теперь я не умею сочувствовать тем, кто слеп.

- Но ведь, кажется, убили вашего друга, этого Киликишвили? И вам не больно?

Левочкин нахмурился.

- Не стоит вдаваться в воспоминания... Я отбросил идеализм. Больно бывает частному отдельному человеку, а я уже представляю клан, я не имею права давать воли человеческому во мне. Более того, я аплодирую борьбе с теми, кто мешает нам, пусть это будут и бывшие друзья. Есть такая фраза: "какое значение имеют жертвы, когда акция прекрасна". Я отсекаю от себя эмоции, страх, слюнявые привязанности. Дело и деньги - вот сейчас главное, если мы хотим победить.

- Похоже, веревочка между центрами власти - видимой и невидимой натягивается все туже... - замечает Шиманко.

- Веревка натянута очень туго. Между всеми нами, - веско подытоживает Левочкин. - А вы, Генрих Карлович, развели у себя санаторий какой-то... Пьяные оргии, фейерверки не по делу, изгнание инакомыслящих...

Шиманко понимает, что Левочкин очень хорошо осведомлен обо всех его делах, он теряется на минуту, а потом пытается оправдаться.

- Да, есть немного богемы... Мирон Львович чересчур экспансивен. Ну а с Купцовым иначе было нельзя. Он нарушает мои планы насчет Китайца.

- А-а, бросьте, - машет рукой Левочкин. - Вы же не ребенок. С Аджиевым вам не договориться. Купцов в данном случае дальновиднее вас... Попробуйте, конечно... Но - я вас предупредил. Выигрывает тот, кто наносит первый удар. Боюсь, вы уже упустили момент.

Он встает и подходит к шкафчику с выдвижными ящиками. Открывает один из них и достает какую-то газету.

- Сегодня получил, - говорит он. - Лондонская "Таймс", один из последних номеров. Откровения некоего адвоката Раздольского. Вы читаете по-английски?

Шиманко берет газету вздрагивающей рукой и видит отчеркнутую красным фломастером статью.

- Я зачитаю вам, - усмехается Левочкин. - Материал, конечно, посвящен преступному беспределу, творящемуся в жуткой людоедской стране России, от которого страдают такие истинно честные интеллигенты, как адвокат Раздольский.