Город пропащих

Уж не встречалась ли женщина с этим малахольным адвокатом? Конечно, он дал ей полный отлуп. И зачем только ей этот недоносок? Воистину, любовь зла...

- Ты все-таки не переоценивай свои силы, - вновь начинает хозяин. - Сейчас наступил решительный момент, они пустят против меня всю свою тяжелую артиллерию... Они теперь слишком много про меня знают. Я опоздал принять меры.

"Неужели Калаян успел-таки напылить? - думает Федор. - Тогда действительно будет горячо".

Аджиев смотрит на него искоса, словно примеряясь, сказать ли ему все до конца, но Федор опережает его.

- Калаян? - спрашивает он.

- Да, - кивает Артур Нерсесович. - Скоро Елене станет получше, и мы уедем. Потом я перестрою всю работу фирмы. Но мне нужно отдохнуть.

- У меня свои счеты с этой компанией, - усмехается Федор. - Скоро им станет жарко. Очень жарко.

- Смотри, как бы не поджарили тебя, - замечает Аджиев. - Я ничем не смогу тебе помочь.

Федор знает, что у него сейчас еще и неприятности по поводу погибшего Армена.

Хотя экспертиза точно установила, что в момент катастрофы тот был сильно пьян, но Роза Гургеновна на каждом углу орет, будто это Аджиев убил ее мужа. Правда, она не может ответить на вопрос, почему при нем нашли билет до Вены и с кем он встречался в тот свой последний вечер.

- Ты действительно что-то задумал? - Видно, что Артур Нерсесович заинтригован.

- Узнаете из газет, - смеется Федор. - Они же любят "жареное".

- Знаешь, я хотел попросить тебя.

.. - Хозяин медлит, а Федор терпеливо ждет. Они уже стоят у ворот. - Тут должна приехать из Тбилиси моя дочь... Может, в тот момент меня не будет. Ты присмотри за ней...

Аджиев опускает голову, ему было тяжело произнести эту фразу.

- Будет сделано, - коротко отвечает Федор, не вдаваясь в подробности. "Жигули" уже наготове. Он прощается с хозяином и охранниками, садится в машину. Аджиев провожает его глазами и впервые думает о том, что, если бы с ним что-то случилось, он бы пожалел о нем.

...Они шли уже, наверное, полчаса позади нескончаемой вереницы гаражей. Зяма впереди, Костик в непривычном для него стареньком джинсовом костюме - сзади. Справа простирался пустырь, захламленный кучами мусора, ржавыми частями от автомашин, мотками проволоки. От гаражей несло мочой, а Костик то и дело попадал ногами, обутыми в кроссовки, в кучки кала. Наверное, эти места облюбовали бродяги и бездомные собаки.