Госэкзамен

Вот так вот своеобразно аукается недостаток образования, наложенный на веру в свою Избранность…

Общаешься с человеком, и вроде бы он совсем не глуп, а потом бац! В разговоре вылетает какой-то триггер, и вот собеседник уже несёт какой-то вздор, стекленея глазами до полной невменяемости. Может молиться начать посреди разговора или с политическими речами разойтись так, что только слюна летит.

Нам, собственно, плевать, насколько глубоко вторгнутся британцы в земли расово чистых африканеров… Вот ей-ей, плевать!

Проблема только в том, что в таком случае война с Британией грозит стать затяжной, что ломает все наши планы.

Противостояния длительного, экономического, мы не выдержим. К тому же, чем дольше будет длиться война, и чем она более вялая и точечная, тем больше будет сходить «на нет» наше техническое преимущество.

Если война продлится месяц, и мы разгромим пусть не живые силы противника, но значительную часть флота и авиации, то Британская Империя впадёт в кататонический ступор.

В таком случае и Франция не выйдет из войны, ибо репарации и контрибуции – дело святое, и добить ослабленного врага – не подлость, а восстановление исторической справедливости! Разборки с Германией по поводу Эльзаса и Лотарингии можно и на потом отложить… А сперва – делёж британских колоний и сфер влияния!

А если нет?! Даже если мы физически уничтожим большую часть британской эскадры близ Дурбана, что нам делать с пехотными частями, которые будут базироваться на территории Капской колонии? Аэродромов на территориях африканеров у нас пока очень мало, и что самое важное – не завезёно пока в должном объёме горючее, запчасти и прочее, необходимое для серьёзной войны.

Каждый день будет лишать нас технического преимущества. Будет шпионаж, будут сбитые аэропланы, и учёные Британии быстро скопируют все новинки!

А африканеры? Случись затяжная война, так многие захотят «почётного мира», особенно если британцы, уже потрёпанные нами, пообещают бурам какие преференции.

Из душа я вышел чистый до скрипа, и переодевшись в принесённое незаметной прислугой чистое, по широкой лестнице спустился вниз, в просторную гостиную, обставленную в викторианской традиции. Мебель несколько разносортная, но подобрана с большим вкусом, как и полагается в семье со «старыми» деньгами.