Госэкзамен

– Если театральные подмостки в этом скверном любительском театре подготовлены загодя и не нами, то режиссёр этой халтуры видит нас исключительно на вторых ролях, и не поручусь, шо не отрицательными персонажами! Лёва! Корней! Пакуйте вещи взад, мы улетаем!

Задержались мы ровно для того, чтобы Корнелиус успел написать письмо родне, а я дал краткие инструкции Митрофану Елизаровичу по поводу аэродрома. Поскольку водитель наш, не предвидя такого развития событий, изрядно накидался, за руль сел я, как наиболее технически подкованный.

В аэропорту какой-то констебль, пучимый дурным усердием, попытался нам воспрепятствовать попасть в ангар, но подоспевший детектив осадил рьяного служаку несколькими словами.

– Уже покидаете Преторию? – коротко осведомился.

– Да, – кивнул я, – Срочные дела!

– Вовремя… – шепнул он одними губами.

– Простите? – переспрашиваю, не веря своим ушам.

– Говорю, очень жаль, что служебные дела заставляют вас покинуть наш чудесный город! – сказал детектив чуточку громче, чем нужно, – Давайте я вас провожу, а то у нас недавно провели новый набор в полицию, и очень уж много в этом наборе совершеннейших деревенщин!

Открыв дверцу автомобиля, он уселся на заднее сиденье и закурил, не спрашивая.

– Вы мою жену вытащили из лагеря, сэр коммандер, – прикуривая, сказал он одними губами, и до меня только сейчас дошла игра слов «деревенщина – равно бур», и что человек, рискуя как минимум карьерой, предупреждает меня об очень нехороших вещах, происходящих в столице ЮАС…

… аэропланы перед полётом мы проверили особенно тщательно.

По возвращению в Дурбан я развил самую бурную деятельность, и разумеется, не я один. Не претендуя на роль первой скрипки и тем более дирижёра в нашем политическом оркестре, я взял на себя освещение нужной нам позиции в прессе.

В первую очередь написал статью под одним из своих африканерских псевдонимов. Пишу я под ним нечасто, но что называется – метко, и бывает, полемизирую на страницах газет с самим собой.

Эсфирь эта ситуация несказанно забавляет, но в журналистику, да и в литературу вообще она не лезет, полагая свой склад ума скорее математическим и занимаясь более всего ведением финансов, находя это занятие крайне увлекательным.

Зря, как по мне, но в споры я не лезу, ибо понимаю прекрасно, что поэзия цифр может быть ничуть не менее интересной. Тем более, финансовая поэзия у Фиры не отвлечённая, а вполне себе живая, напрямую затрагивающая экономику не самого маленького региона.