Господин Ректор

Выглянула в коридор, но мне невежливо махнули рукой парочка чернокожих воинов замерших по обе стороны коридора.

Понятно, что пасут, но непонятно кого. Это по мою душу? Или так просто принято? Охраняют новоприбывших дамочек от глупостей?

Чуйка шептала, что всё таки меня.

С другой стороны, если мужик какая-то важная шишка, то врываться в эти комнаты и топоча ногами красивый дорогой ковёр, орать требуя ответов от меня он не будет. Сейчас зашлёт человечка проверить была ли такая красивая я среди утрешних подарочков и получив явно отрицательный ответ меня либо поведут в казематы пытать, либо приведут для беседы к главному, если ему станет любопытно.

Надеюсь, что станет.

А потом опять набежали служанки, три штуки молоденьких чернявеньких девочки с милыми смуглыми мордашками, притащили кучку нарядов, какие-то парчовые вещички, атлас и шёлк, усыпанные жемчугом и ещё какими-то очевидно драгоценными камушками. Притащили также шкатулку с драгоценностями, небольшую на один жемчужный гарнитур, но тоже приятно.

Помнится, я к шерстяному платью хотела бусы прикупить, вот сбылась мечта.

Итого, меня выкупали и распарили в какой-то бочке, натёрли маслом тело, отдельно поколдовали над спиной — массаж и притирания практически полностью уняли боль, промазали чем-то волосы, потом смыли, потом ещё промазали, что-то восторженно щебеча и тыкая на падающий свет солнца рассыпающий яркие красные искры на моей гриве, превращая её в золотое шелковистое, благодаря их усилиям, покрывало.

Что сказать приятно конечно, но тревожно. Я, впрочем, натянув на лицо профессиональную улыбку, старалась хоть чуть чуть запомнить слова которыми быстро перебрасывались девчонки в серых откровенных одеждах. И естественно ни черта не успевала уследить за ходом их беседы.

Единственное что уловила это постоянно повторяющееся с придыханием и бешенным ажиотажем в глазах слово «тапилэ» или как-то так.

Что это понятия не имею, может так хозяина зовут. Но судя по судорожно-восторженным придыханиям и экзальтированному закатыванию глаз это что-то восхитительное.

Короче от их трескотни так разболелась голова, что даже профессиональная привычка держать лицо грозила дать сбой. И будто почуяв мою усталость, девчушки споро меня раздели, сняв бледно-розовый комплект топика и шароваров, надели полупрозрачную ночнушку и отбыли попрощавшись. И вот наконец мне выдался шанс проявить свою эрудицию в полной мере пожелав им:

— Салах ади. — всего доброго.