Господин Ректор

Комната в стиле мини амфитеатр в центре вся сплошь усыпана подушечками и всеми возможными видами радости от кальянов и лёгких закусок, до алкоголя и музыкальных инструментов, которые с готовностью берут полуголые красавицы всех форм и размеров в неторопливой неге наслаждающиеся происходящим.

Торопливо оглядев зал не заметила ни одного мужчины, значит хозяин сих угодий еще не прибыл. Или так и запланировано? Вроде такая у них рядовая среда, а я надумала, что это у них какой-то праздник.

Шарообразная в голубом переливающемся на свету словно шкурка змеи наряде обернулась ко мне что-то прошипев.

Богиня Мать, неужели это испытание мне послано, чтобы подтвердить мудрую мысль век живи-век учись?

На лице, впрочем, мои стенания никак не отразились. Я подошла к недовольной пышке, она с силой вцепившись мне в руку вытащила на середину комнаты и что-то всем прочирикала. Девы замершие кто где чуть мне поклонились в разнобой поприветствовав.

Я чуть ниже поклонилась в ответ, решив не коверкать язык и не здороваться.

Затем пышнотелая змейка почти швырнула меня на один из диванчиков внизу и споро насобирав на тарелку закусок с ближайшего столика впихнула мне в руки с намёком есть. Для наглядности очевидно сочтя меня туповатой еще и пальцем ткнула сначала на тарелку потом на меня, а потом зачем-то на свой рот.

Решив чуть поиздеваться над толстухой в недоумении выгнула брови вытаращив глаза и громко спросила:

— Мне нужно вас накормить? — и будто в поисках ответа цепко огляделась по сторонам, надеясь уловить хоть на одном лице проблески понимания что я сказала.

Кажется, у одной хрупкой красотки с узкими раскосыми глазами на пухлых губках мелькнула ироничная усмешка. Остальные смотрели либо безразлично, либо с любопытством чем развернётся ситуация, парочка кукольных лиц со следами злорадства.

Толстуха снова схватила меня за руку, не больно скорее чтобы привлечь внимание и склонившись к самому моему лицу проговорила медленно будто по слогам:

— Киера, ми анторэй, ки-е-ра.

— Арико-вилде, хаста ниако ми анторэй. — глубокий мужской голос просто взорвал оазис спокойствия, всё вокруг меня мгновенно пришло в движение.

И нет, никто не бросился в ноги господину, не побежал сломя голову поднося ему самые вкусные кусочки или самую мягкую подушечку, но все окружающие меня красотки будто разом выпустили феромоны.