Кое-кто из горожан поговаривал, что святой Карл почитается еще у протестантов, но они ошибаются. Англикане и лютеране имеют в своем календаре дни памяти подвижников древности, и к Мартину Лютеру относятся, как к святому, но не молятся никому из этих людей и не поклоняются им.
Останки переносят не або как, а в серебряной раке, покрытой золотом и украшенной драгоценными камнями. Серебра — не меньше четырех пудов, золота целый пуд, а камни, если их выковырять и продать, стоят не меньше миллиона! Преувеличивают, разумеется, там, если все про все считать, даже на пятьсот тысяч не наберется, но все равно — сумма огромная.
Не только тебе и детям до старости лет хватит, так еще внукам и правнукам останется.
Будь это мощи православного святого, их бы поместили в храме с надлежащим почетом, к ним бы стояла очередь из паломников со всех мест необъятной империи, а здесь пришлось довольствоваться старой часовней, находящейся между Череповцом и селом Рождество. Городской голова хотел отдать под постой монахам вместе с их грузом свой собственный дом, а исправник собирался выделить для охраны городовых, но те отказались.
В том смысле, что не полицейские отказались, а сами католики. Да что там, сам губернатор предлагал дать целый батальон солдат с пушкой! Опять-таки отказались. Дескать — проведут они неделю у нас, а потом дальше пойдут. Да и чего боятся останкам святого? Народ русский, как известно, весь из себя богомольный, на мощи католического святого не посягнет.
По ночам в часовне сидит один из монахом, читает молитву. Он и за сторожа побудет, и за смотрителя.
Понятное дело, что католики русским не доверяют. Не в том даже дело, что опасаются за ценную раку, а в том, что боятся, как бы православные, прикоснувшись к святыне, ее не осквернили. Возьмут, да и осенят крестным знамением, что тогда? Забегая вперед скажу, что никто бы на католическую святыню не посягнул, у нас и своих чудотворцев хватает. И не только общепризнанных, но и местночтимых, вроде наших преподобных Афанасия и Феодосия.
"
"Черепане бегали смотреть на часовню, даже пытались разглядеть монаха. Но дверь закрывалась, а сквозь щели ничего не видно. Но побегали пару дней, на третий –четвертый азарт поутих, даже реалисты перестали интересоваться и сбегать с уроков. Все скучно и обыденно. И городовые, хотя время от времени похаживают и покрикивают, пацанов не гоняют. А если не гоняют, так и неинтересно.
