— И у меня, Иван Александрович, такой вопрос — что же дальше-то с юношей случится? Превратится в медведя или нет?
[1] По одной из версий прототипом инженера Лося в «Аэлите» стал русский и советский конструктор Юзеф Лось-Лосев
Глава восьмая
Аудиенция
— И что молчите, Иван Александрович?
Я устремил взгляд ввысь, делая вид, что рассматриваю позолоченную лепнину на потолке. Увы, там рассматривать нечего — просто какие-то финтифлюшки. Арабески, типа.
— Молчит он… Александр Иванович, а Череповец-то не слишком близко от Санкт-Петербурга? Не желаете отправить сыночка подальше?
Батюшка, стоявший рядышком, тут же поддакнул:
— Сам думал — в Туруханск его определить, или в Якутск.
Он у меня теперь с дипломом, можно даже в прокуроры поставить, если министр юстиции согласится.
— Могу и я словечко замолвить перед министром, — кивнул государь. — Он у нас человек строгий, служебные инструкции чтит, но может, вдвоем-то удастся уговорить?
— Еще слышал, что на Аляске наше консульство открыть собираются, — задумчиво изрек батюшка.
— Может, туда? Перевести в МИД, назначить чиновником для особых поручений, а то и консулом. Дорогу никому не перейдет, нет желающих на Аляску ехать.
Ну спасибо тебе, дорогой папочка. Тебе лишь бы меня куда-то подальше отправить."
"— Не будем там консульство открывать, — махнул рукой государь Всея Руси. — Министерство выступало с проектом, но я решил, что смысла нет. Там русского населения-то всего с сотню душ, да и те — сплошь раскольники, подданными России себя не считают.
Но сына вашего все равно придется наказать.
— Может, в Японию? — с надеждой спросил батюшка. — Почта оттуда полгода идет.
— Ага, полгода идет… Ну-с, Иван Александрович…?
— А куда хотите переводите, все равно не скажу.
— Ванька, ты с самим государем разговариваешь… — зашипел отец, двинув меня локтем в бок. Больно же!
— А хоть расстреливайте.
— А вот возьму — да и расстреляю через повешанье! — пообещал император. — И тебя, и девчонку твою, соавторшу. Куда годится, чтобы подданный на вопрос императора отказался отвечать?
— Так соавторшу-то за что? — засомневался Чернавский-старший.
— Анну-то можно пока помиловать. Барышня славная, судака хорошо запекает.
— Все, уговорили, — вздохнул я. — Юноша поцеловал Принцессу и превратился в медведя.
— Что⁈ — взревел государь. — В медведя?
А мне Его Императорского Величество показался интеллигентным человеком, общающимся с собеседниками мягко.
— Это он шутит, Ваше Величество, — заступился за меня батюшка.
