– Я же сказал – обсуждать ничего не стану. Эта земля находится в зоне моих застроек, и уступать ее тебе я не собираюсь, – отрезал он, доставая из ящика стола новую сигару.
– И мы никак не договоримся?
– Нет, – подтвердил Малышев, насмешливо глядя на нее.
– Егор, зачем ты делаешь это? Тебе очень хочется меня унизить?
– Детка, и в мыслях не было! Просто ты привыкла получать все, что хочешь, а я не намерен поступаться своими интересами ради твоей прихоти.
– Ты говоришь неправду. Ты заранее знал, что этот участок мой, потому и затеял всю эту канитель, и мэру денег подкинул, чтобы он пересмотрел право на аренду.
И я это докажу.
– Ой, дорогая, зачем тебе такие сложности? – усмехнулся Егор, дымя сигарой. – Только-только закончилась история с милицией, как ты снова начинаешь искать приключений. Лучше здоровьем своим занялась бы – выглядишь неважно, как твоя голова-то, кстати?
– Не дождешься, – огрызнулась она, закурив, и села на стул напротив него. – Не лез бы ты в мои дела, Егор, вот что я тебе скажу. Сколько ты хочешь за этот участок?
– Детка, детка, это уже просто ни в какие ворота! Ты взятку мне предлагаешь?
– Нет, я предлагаю тебе деньги для твоего же спокойствия, ведь иначе у нас с тобой развернется война, ты ж меня знаешь.
А оно тебе надо?
– Ты не меняешься, Маринка, все такая же прямолинейная и упертая. Дался тебе этот кусок земли, найдешь другой, в чем проблема? – Малышев откинулся на спинку кресла и дымил сигарой, наблюдая с видимым удовольствием, как меняется выражение лица жены.
– А я не хочу искать другой, понимаешь? И проблема только в том, что я никогда не отдаю своего. – Коваль в упор смотрела на Егора и щурилась от яркого света невесть откуда выплывшего солнца, пробивавшегося через кофейного цвета жалюзи.
– Тебе придется научиться идти на компромисс, моя дорогая, иначе можно нарваться на неприятности, – невозмутимо парировал муж, стряхивая пепел."
"Коваль всегда четко знала, когда пора прекратить разговор и уйти, чтобы не уронить достоинства. И четко чувствовала момент проигрыша… Она встала:
– Мне не страшно, если ты хотел меня напугать.
Так подумай над тем, что я сказала, а потом позвони, будь добр, и скажи, что все в порядке – так будет лучше и тебе, и мне. Чао, дорогой! – Она, обойдя стол, потрепала Малышева по волосам и вышла из кабинета, прикрыв за собой дверь.
Хохол поднялся навстречу с дивана в приемной, но Марина не заметила этого, вылетела из здания на улицу и от злости засадила сапогом по колесу ""Хаммера"".
