Государь (СИ)

— Лукерья, значит? Хм, у меня дочка твоя погодка… Калачик медовый будешь?

Старшой, оказавшийся аж целым десятником Постельничего приказа, для начала расспросил ее об окрестных лесах. Затем пожаловался на боли в пояснице, мимоходом поинтересовавшись наличием у наставницы какой-то грамотки-разрешения — и долго выпытывал, легкая ли у нее рука в лечбе.

— А то помнет какая неумеха, потом седьмицу скрючившись ходишь!

— Не, у наставницы рука верная.

Вздохнув, мужчина для вида посомневался, но все же решил чуток поправить здоровьишко, раз уж выпал такой удобный случай.

Правда, сразу пойти у них не получилось — десятнику требовалось дождаться какую-то барышню Колычеву. Ну и ладно! Недоросли и девки в одинаковых нарядах, оказавшиеся служивыми Аптекарского приказа, поделились с ней подсоленной горбушкой свежего ржаного хлеба, жареной рыбкой и малой крынкой густого молока. А когда она, разомлев от сытости, попеняла им на то, что они-де обобрали ее личную рощицу и все окрестные леса — посмеялись, но обещали отсыпать лекарственной добычи. В общем… К моменту появления той самой Колычевой юная лесовичка оттаяла настолько, что болтала с чужими ей людьми без малейшего смущения.

— Ишь какая бойкая! И откуда только взялась.

— Из тех же ворот, что и весь народ!

Кстати, боярышня Лушу совсем не впечатлила. Платье такое же как и у подручных девок, руки в царапинках, украшений нету… Разве что серьезная очень.

— Ну что, зверушка, веди в свое логово. Или вы с наставницей в норе обитаете?

— Ты чо, Сафрон, знахарки же в гнездах живут!.

.

Как и было обещано, ей щедро отсыпали и чаги, и ягод кислицы — но нести все это юной травнице было совсем не тяжело. Так как груз этот тащили на себе служивые, а ей только и оставалось, что указывать путь к дому да слушать их добродушные шутки. Довольно быстро показалась небольшая полянка, на которой возвышались два навеса из жердей и крытая корой и дерном крыша полуземлянки, в которой девочка жила столько, сколько себя помнила. А вот оружного татарина и еще одного коня с пустым седлом она совсем-совсем не помнила — хотя бы потому, что когда уходила за ягодами, их на полянке не было.

— Ну что, крыса старая, готово ли снадобье?

Услышав незнакомый голос из продыха[3]кровли, и почувствовав тяжелую мужскую ладонь на своем плече, ученица знахарки послушно остановилась. Собственно, она и не рвалась поперед барышни и ее сторожей, которые отнеслись к ней очень даже неплохо — а вот кто там в гости к наставнице пожаловал, еще поди разбери.