Грабители

— Ну, — Барнаби замялся, а затем все же сказал: — Ты не против, если я трахну твою Ханну? Всего разок, так сказать, на брудершафт.

— А ты с ней уже договорился? — спросил Билл, стараясь говорить как можно спокойнее.

— А куда ей деваться? Здесь я решаю, кому жить, а кому со мной спать…

Харченко почувствовал, как у него в ногах заработали какие-то моторы. Они сильно затрясли его щиколотки, затем коленки, а потом и все тело.

Круглый Билл резко поднялся со стула и, схватив Барнаби за лацканы пиджака, рывком приблизил к своему лицу.

— Ах ты с-сука! Ах ты ур-род! Главным себя вообразил?! — шипел и брызгал слюной Харченко. — Да у меня мандат на твое устранение, гнида!

Билл размахнулся и влепил полковнику пощечину, потом вторую. Барнаби взвыл, однако сопротивляться не решался, боясь «мандата на устранение».

Харченко отшвырнул деморализованного противника и, выскочив из-под пальмы, натолкнулся на двух «жокеев». Те в страхе шарахнулись в стороны, даже и не подумав его задерживать.

Взбежав на второй этаж, Харченко хотел закрыться в своей комнате и посидеть в одиночестве, однако его окликнули:

Это была она, Ханна. Ее одежда, как всегда, состояла из чего-то невесомого и прозрачного.

— Привет, Билл, — сказала Ханна и подошла ближе.

— Привет, Ханна, — ответил Харченко. В обществе высоких женщин он чувствовал себя некомфортно. Лицо Билла находилось как раз на уровне ее груди. С одной стороны, ему было все хорошо видно, а с другой — хотелось бы быть повыше.

— Ты смешной, Билл, — сказала Ханна и, нагнувшись, поцеловала Харченко в лоб. — Ты хочешь меня? — спросила она таким тоном, каким спрашивают мальчика: ты хочешь на карусель, малыш?

— Угу, — ответил Билл и потупился.

— Ну тогда пойдем — моя комната в противоположном конце коридора. Ты знал?

— А почему же не приходил ко мне раньше?

Билл пожал плечами и виновато улыбнулся. Он нерешительно ступал следом за Ханной и уже заранее чувствовал себя счастливым.

Проходя мимо лестницы, Билл заметил парня, который отчаянно мастурбировал, привалившись к стене.

— Это Герман, сотрудник газеты «СТЫД-Инфо». — пояснила Ханна. — Никакого хулиганства, только сила привычки. Обычно они делают это всей редакцией в обеденный перерыв. У них порнографическое издание, и приходится снимать напряжение.

— Привет, Герман, — поздоровалась Ханна.

— Привет, Ханна, — ответил Герман и помахал ей свободной рукой.

Жак Монро спал и видел сон.