Грабители

Она узнала то место, куда ударили ее ракеты. Некоторые части конструкции еще дымились, распространяя неприятный запах горелой кости.

Сделав еще один поворот, повозка вскоре вкатилась на территорию дворца тургана Мадраху.

Выстроенный по обе стороны от главных ворот почетный караул отсалютовал короткими тесаками, и экипаж остановился у широкой, по-настоящему парадной лестницы.

Подбежавшие слуги присоединили к повозке удобный для спуска трап и поставили рядом посохи, на которые можно было опираться, сходя по ступеням.

— Сервис по высшей категории, — оценил Вильямс. Он первым ступил на начищенную брусчатку и подал руку Саломее.

Позниц и Ломмер не стали ждать своей очереди и спрыгнули с повозки с другого бока.

Увешанные оружием, они лязгали, как боевые роботы, и производили на гвардейцев и слуг должное впечатление.

Едва пустой экипаж отъехал, из-за фигурно подстриженных деревьев выскочили две фехтовальные машины и, искря по булыжнику ножами, рванулись в сторону гостей.

Позниц и Ломмер как по команде упали на одно колено, и лаунчеры, словно подброшенные пружиной, оказались у них на плечах.

Саломея оттолкнула слуг и выхватила пистолет. Вильямс взвел кислотную гранату. До боевого столкновения оставалось мгновение… Полмгновения… Четверть мгновения…

— Стойте! — крикнул появившийся на ступенях Мадраху. — Не стреляйте, они не принесут вам зла!

Его крик задержал Позница и Ломмера на долю секунды, и этого хватило, чтобы все разъяснилось.

Все так же лязгая по камням ножами, фехтовальные машины совершили несколько оборотов вокруг своей оси и покатили дальше, мимо пораженных таким странным представлением гостей.

— Это очень необычное приветствие, — произнес полковник, снимая гранату с боевого взвода.

— Простите меня, я должен был об этом догадаться. — рассыпался в извинениях Мадраху, сбегая вниз, навстречу гостям, — У нас так принято приветствовать особо почетных гостей — небольшим парадом эспора и полетами дольтшпиров.

Но дольтшпиров, по известным вам причинам, у нас больше нет. — В словах тургана послышались обвинительные нотки. — Последний из них умирает во внутреннем дворе.

— Дольтшпир умирает?! — удивленно спросил Вильямс и переглянулся со своими людьми.

— Увы, — вздохнул Мадраху.

— А мы могли бы посмотреть на него?

— На умирающего дольтшпира? — в свою очередь удивился Мадраху.

— Ну… — Турган пожал плечами. — Хорошо, пойдемте — я покажу вам.