Где злодея поймали, там он и смерть обретет.
Щербатое лицо Гришки побледнело. Чернец, захватив мису, удалился, а служка, глянув на запотевший от холода и сырости сумрачный каменный свод, вдруг заскулил, как обреченный пес. Прощайся с жизнью, Гришка. Ты выдал атамана Наливайко, но тебя все равно не пощадили и кинули в подземок. Здесь тебе и голову отсекут. Сволочи!.. Но почему владыка отъехал, не побоявшись казаков? Это же явная погибель. Странное дело…
Гришка недоумевал.
На другой день после заутрени к нему спустился все тот же чернец и принялся освобождать Гришку от оков.
— К духовнику тебя отведем.
— Чего ж сам сюда не явился?
— Не возжелал сие дурное место посещать. Ждет тебя, раб нечестивый, последняя исповедь.
— Не хочу, не хочу! — закричал Гришка.
— Того уже не минуешь. Поднимайся, да напоследок ступени пересчитай. На чет упадет — сгореть тебе в геенне огненной, но то смерть быстрая, а коль не выпадет чет, мучится тебе в аду кромешном веки вечные. Моли Господа.
Но обуреваемому страхом Гришке было не до пересчета каменных ступенек.
"
"Чтобы попасть в покои исповедника, надо было пересечь монастырский сад, что был разбит подле палат архимандрита. Гришка шел в сопровождении пятерых чернецов и вдруг остановился: невдалеке мелькнуло знакомое лицо. Святые угодники, да это же владыка Кирилл! Гришка уже знал, что владыка любит прогуливаться по саду. Выходит, он не поехал в Ярославль. Изрядно же его напугали казаки Заруцкого. И стрельцов напугали.
Но от этой мысли Гришке легче не стало.
Он вернулся в свое узилище мрачный и вконец подавленный. Жить ему оставалось считанные часы.
Чернец на сей раз принес Гришке гречневой каши, сдобренной коровьим маслом.
— Поешь напоследок, грешная душа.
Обычно прожорливый Гришка на сей раз, даже на мису не взглянул.
— А вот владыка Кирилл сию кашу каждое утро вкушает.
— Владыка?.. Чего в обители остался?
— Стар он, чтобы по городам и весям странствовать. Остаток дней своих намерен провести в монастырской келье.
Ничего больше не спросил Гришка, лишь повел на чернеца отрешенными глазами.
…………………………………………………………………..
Исстари на Руси повелось: казнить предателей не на месте преступления, а на осине, проклятой Богом. Вели Гришку в лес все те же пятеро чернецов, но шли они без ряс, а в мирской одежде, ибо по монастырскому обычаю не положено вести на казнь преступника в церковном облачении. Гришка упирался и вырывался, но руки его были связаны.
— Ишь, как помирать не хочет.
