– Что вы… собираетесь делать? – пробормотал пекарь, опасливо поглядывая на молодых людей.
– Полагаю, что тебе следует отведать этого кнута, – ответил Харрисон. – А ты, Адам, что об этом думаешь?
– Ты сам угостишь его кнутом. А я предпочитаю кулаки. – Сбросив на землю макинтош, Адам с усмешкой добавил: – Ох, давно я не дрался! Надо бы размяться! Ужасно хочется отделать этого толстяка! А когда я закончу с ним – пускай в ход кнут.
– Да что же это такое?… – пробурчал Брэй. – А что останется мне? Окровавленный кусок мяса?
– Похоже, что так, Брэй, – ответил Харрисон.
И, шагнув к пекарю, прижал его к двери лавки. – Так вот, приятель, слушай меня внимательно. Возможно, мы забудем о том, что здесь случилось. Сейчас мы отведем пса в паб и промоем его раны, а ты тем временем поднимешь полки выше, чтобы другие собаки не соблазнились твоими пирогами. Ясно?
– Я не сделаю это. Берите собаку и убирайтесь отсюда!
– Как хочешь! – бросил Адам. Он тоже шагнул к толстяку с явным намерением пустить в ход кулаки.
– Погодите-погодите, – пробормотал пекарь, вскидывая руки, чтобы отразить атаку Адама. – Хорошо, я подниму полки, если вы так хотите. Только держите этого пса подальше от меня.
Взяв с полки два мясных пирога, Харрисон заявил:
– А это за те два удара, что ты нанес собаке. Теперь иди в лавку, возьми молоток и гвозди и принимайся за работу, пока у меня хорошее настроение.
Толстяк развернулся и, спотыкаясь, побрел в лавку. Брэй же выхватил из-за пояса нож и перерезал веревку.
А Адам положил пироги перед псом. Тот насторожился и обнюхал еду. Потом стал жевать.
– Я возьму собаку с собой, – сказал Харрисон; он знал, что Анджелина влюбится в пса с первого взгляда, залечит его раны и откормит.
– Нет, – заявил Адам. – Пес останется со мной.
Харрисон решил не протестовать – интонации, прозвучавшие в голосе друга, не допускали возражений. Очевидно, Адам, не сумев спасти жену и ребенка, решил, что должен во что бы то ни стало спасти хотя бы собаку. И чувствовалось, что она очень нужна ему.
А Анджелине?
Граф улыбнулся. Единственное, что ей нужно, – это он сам. А собак у нее достаточно.
Глава 22
Покажите мне человека, который не был бы рабом страстей, и я замкну его в сердце своем. Да, в самом сердце сердца!
У. Шекспир. Гамлет, акт III, сцена 3Музыка в Гранд-Холле казалась слишком громкой, а толпа – более шумной, чем обычно. Анджелина уже потанцевала с несколькими джентльменами, в том числе и с капитаном Максуэллом.
