Видишь ли, один из викариев обнаружил, что епископ любит играть в карты.
– Мне не кажется, что это так уж плохо, – улыбнулась Анджелина. – Судя по тому, что я слышала, многие мужчины играют в карты и делают ставки. Но если хорошенько подумать… Полагаю, церковь не хочет, чтобы ее служители так себя вели.
– Особенно в том случае, если один из служителей играет в карты и платит долги церковными деньгами.
– О господи! Бабушка, если это так… Ты уверена, что ему можно доверять?
– Да, уверена, – решительно кивнула баронесса.
– Если верить викарию, епископ исправился. Он сказал, что иногда они встречаются и что епископ Уорсли давно оставил игру в карты.
– И думаешь, он поможет нам именно из-за своей былой склонности к игре?"
"– Ну… Во всяком случае, он знает больше, чем мы с тобой.
– Это уж наверняка, – кивнула Анджелина.
– Никто ничего не заподозрит, если представительный мужчина зайдет в какую-нибудь лавку, чтобы узнать, куплены ли твои работы. И уже точно никому не скажет, кто художник.
Анджелина снова кивнула, но тут же спросила:
– А почему ты уверена, что он сохранит наш секрет?
Баронесса бросила на внучку многозначительный взгляд.
– Потому что уверена. Видишь ли, твой дед всегда любил его и несколько раз помогал в беде. Даже как-то однажды возместил растраченные церковные деньги, чтобы епископа не отдали под суд. Полагаю, он все еще считает себя в долгу перед твоим дедом и будет рад помочь.
Анджелина немного успокоилась и с улыбкой сказала:
– Как хорошо, что ты вспомнила о нем, бабуля.
Теперь я уверена, что он согласится мне помочь.
Через несколько минут дамы уже ожидали в скромно меблированной гостиной епископа Уорсли. Диванчик, на котором они сидели, и два стула с такой же обивкой были хоть и потертыми, но элегантными. Большое зеркало в простенькой раме висело над камином, а в углу комнаты стояла позолоченная арфа. Кроме этого, в гостиной больше ничего не было, но в камине горел огонь, создавая уют.
– О, леди Рейлбридж… Как приятно снова видеть вас после стольких лет… – с улыбкой произнес вошедший в комнату безупречно одетый пожилой джентльмен.
Епископ был среднего роста, но держался очень уверенно и потому казался довольно высоким. У него были узкие темно-карие глаза и длинные седеющие волосы, заплетенные в косу и придававшие ему весьма необычный вид. «Судя по всему, он ровесник бабушки», – подумала Анджелина.
Епископ Уорсли поцеловал руку леди Рейлбридж и снова улыбнулся.
