Губы до сих пор хранили сладость и нежность поцелуя, а на сердце поселилась такая тоска, что выть хотелось. Была ли я против такого проявления чувств Эйдена по отношению к себе? И да, и нет. Но, остановив его и высказав свою позицию, поступила правильно. У нас действительно не может быть общего будущего ни при каком раскладе. Даже хорошо, что уже сегодня Эйден уедет. Чем реже будем видеться, тем меньше шансов поддаться соблазну. Но почему же так больно?
Странно, что Роур не обозначил своё присутствие: уж он никогда не упускает возможности сказать что-нибудь язвительное или осудить.
Пожалуй, мне было бы даже легче, если услышала, что «безродная девка не заслуживает внимания его хозяина». Пока разгребала заставленные столы и запоминала, где теперь следует искать те или иные бутылки, банки и коробки, немного успокоилась. Но стоило Эйдену снова войти на кухню, как руки опять задрожали.
Стараясь не выдавать своего волнения, я принялась накрывать на стол, наполняя и расставляя тарелки. Первым нарушил молчание Эйден:
— Я отнёс все необходимые снадобья в твою комнату.
В каком порядке и количестве нужно их принимать, ты знаешь. Если вдруг некоторые из них закончатся раньше времени, то спроси Роура, он подскажет, как изготовить.
Я ответила как можно более нейтральным голосом, стараясь не глядеть мужчине в глаза:
— Хорошо. Спасибо.
— Лара.
Добавив сметаны, перемешала борщ ложкой, делая вид, что только обед меня интересует больше всего.
— Да? Я должна что-то ещё запомнить или сделать в ваше отсутствие?
— Не совсем.
Всё складывается так, что я буду неподалёку от Гренхолда по делам службы. Помню, что ты переживала за старика, того самого деда Онро…
— Гонро, — поправила я Эйдена, а затем снова уткнулась в свою тарелку.
— Да, деда Гонро. Я мог бы передать ему записку от тебя, чтобы он не волновался, если скажешь, где его можно найти.
Сердце радостно забилось от этого предложения, ведь не было ни дня, чтобы я не вспоминала о нём, вот только…
— Я не так хорошо пишу, да и читаю неважно.
Сомневаюсь, что дед Гонро сможет что-то разобрать. Только если на словах сказать.
Я нисколько не покривила душой, когда признавалась в своей неграмотности. За неимением постоянной практики навыки чтения и письма, доставшиеся от Норы действительно были утрачены. Какие-то мелочи, вроде названий на вывесках лавок и магазинов, ещё могла понять и повторить на бумаге, а вот написать кодовые фразы, которыми дед Гонро просил сообщить, что я и вправду жива-здорова — уже нет.
