— Но как быть с отворотом и пропавшими артефактами? Ведь те, кто всё это затеял, так до сих пор не найдены. Пока меня считают всего лишь твоей служанкой, хоть и в статусе любовницы, предпринимать какие-либо активные действия против нас двоих поостерегутся…
— Я думал об этом, поэтому не хочу подставлять тебя под удар именно сейчас. Если ты не обидишься, то хочу предложить пока не афишировать наши намерения насчёт свадьбы. Хотя бы на пару недель, чтобы сориентироваться, что происходит, и как в дальнейшем поведут себя злоумышленники.
Мне достаточно того, что ты согласна стать моей женой, но какое решение примешь, так и будет. От своих слов я не отказываюсь и, как уже говорил, отступать не собираюсь в отношении тебя.
— Никаких обид: на данный момент, это самое разумное решение из всех возможных. Идя на поводу у своих амбиций и желаний, мы можем лишь всё усугубить.
— Лара, ты необыкновенная девушка! — Эйден коснулся моих губ, даря чувственный поцелуй, полный нежности.
Да, я действительно готова пройти с этим мужчиной рука об руку по жизни, быть его опорой, как и он моей, что бы ни случилось.
Мы наслаждались близостью друг к другу, не переходя за черту, как бы того нам не хотелось обоим. Осталось лишь открыть мою последнюю тайну Эйдену, раз моё происхождение не стало для него препятствием, чтобы заявить о своих чувствах. Мне всегда было, есть и будет важно доверие. Тащить в новую жизнь грязь из недомолвок и секретов не хотелось. Было страшно, но лучше сейчас, чем никогда.
— Эйден, мне нужно было бы рассказать всё до того, как давать согласие, и понимаю свою ошибку.
Но лгать тебе не хочу, иначе рано или поздно проблема может нарасти как снежный ком, который разрушит всё.
Эйден усадил меня к себе на колени и с теплотой посмотрел:
— Лара, что бы ни произошло, нет такого, с чем мы не справимся. Думаю, нам удастся найти верное решение.
— Дело в том, что я не случайно появилась в этом мире и почти в этом теле. Меня призвал Дерек Норенхайт на место своей умершей племянницы…"
"Запинаясь, я рассказала обо всём, что произошло с той самой минуты, как очнулась в теле Норы и до того, как попала к Просящим.
Эйден слушал внимательно, не перебивая. Лишь поглаживал меня по спине, чтобы успокоить, когда голос начинал пропадать. Слишком живы были в памяти дни, проведённые в доме Норенхайтов.
— А ещё я думаю, что «дядюшка Дерек» каким-то образом связан с пропавшими артефактами. Слишком сильна в нём жажда власти.
— Я считаю, что ты права.
