Здесь я поняла, что пора заканчивать, иначе леди Элоиза ещё раз упадёт в обморок, такая она была бледная.
Выручила леди Кати — Ох ну же и мастерица вы рассказывать страшные истории, пойдёмте лучше пить чай с пирожными, и все дамы потянулись к выходу.
* * *Утром, когда мы с герцогиней мирно завтракали, было рано, что-то около восьми утра, дворецкий вошёл и доложил: к вам княгиня Велимир с визитом. Мы с герцогиней переглянулись — началось…
Глава 7. Месть блюдо, которое…
— Вы — взглянула на меня княгиня, — вы знаете больше, чем рассказали.
Поверьте мне, я чувствую такие вещи и мне тоже есть что вам рассказать.
Я в этом мире уже ничему не удивлялась, если княгиня говорит, что чувствует, вероятно, так оно и есть, у каждого по-разному действует сила. Но вот что она имела в виду, сказав, что у неё для нас, или всё-таки для меня, что-то есть, вот что интересно.
Я не стала отказываться — вы правы, я знаю больше, чем рассказала и поверьте, я бы не хотела, чтобы это было так.
Глядя на княгиню, я понимала, что решение прийти сюда далось ей нелегко, скорее всего, княгиня не спала всю ночь и много плакала.
— Эта девочка, она где сейчас? — выдавила из себя княгиня
— Леди Элоиза, присядьте, выпейте с нами чай, и Изабелла вам всё расскажет, это небыстрая история — герцогиня «вспомнила» об этикете.
— Софи, — обратилась к ней княгиня по имени, как будто подчёркивая, что сейчас нет княгинь и герцогинь, а есть три женщины, которым надо поговорить — Изабелла, расскажите мне всё, я хочу знать кто…
— Итак, женщина, которая жила в том доме, практически всю беременность не выезжала, к ней всё реже и реже приезжал мужчина, тот кто до этого бывал в том доме довольно часто.
Но в ночь родов за ним послали служанку, но шёл сильный дождь, и она отправила вместо себя привратника, поэтому он запомнил имя человека в дом, которого отвёз записку.
Это был дом Виктора Виартье.
Княгиня прикрыла глаза, я замолчала, но она сказала — Продолжайте, Изабелла…
— Мужчина приехал на крытой коляске. Роды длились долго, по славам привратника, возможно, несколько часов. Потом мужчина вынес корзинку и попросил отвезти ребёнка в монастырский приют, предположив, что ребёнок не выживет, отдал свою коляску и дал два золотых.
