На этих словах Элоиза разрыдалась: — он сказал, что ребёнок родился мёртвым, мёртвым… — она уронила голову на руки, чашка с чаем опрокинулась, но женщина не замечала ничего, она повторяла — Он сказал, что ребёнок родился мёртвым, мёртвым, как будто это могло что-нибудь изменить…
Было видно, что бедная женщина находилась на грани отчаянья: — мой ребёнок, моя малышка, бедная моя?
Княгиня подняла голову, посмотрела на нас совершенно больным взглядом и спросила — вы знаете, это же была девочка, знаете? Она поднялась и, уже глядя перед собой совсем другими глазами, жёсткими, злыми, горько сказала — Мой ребёнок был жив, и он знал это, отдав его в чужие руки он практически похоронил моего ребёнка заживо, если бы я только знала, что ребёнок жив, я бы ни за что не позволила ему забрать его…её…и она снова горько зарыдала.
— …вы знаете, я ведь больше так и не смогла родить… не дал бог…Но что получается, мой ребёнок жив и сейчас ей семнадцать лет? Вы видели её?
— Нет, княгиня, я не видела её, но я заплатила, чтобы с девочкой ничего не случилось и сейчас она в безопасности, и если вы хотите, отдам распоряжение, и её привещут сюда.
— Да, да, я хочу, а где вы её нашли?
— Вот в этом весь ужас, княгиня. Готовы ли вы слушать историю дальше? Хватит ли у вас сил?
— Говорите, графиня, я должна знать всю правду.
— Элоиза, вы знаете, куда попадают девочки из приюта в рабочем квартале?
— …нет — княгиня зажала рот рукой, пытаясь сдержать крик — нет…"
"— К сожалению, да, княгиня — жёстко продолжила я — если девушка не красивая, то она может рассчитывать на работу прачки или поварихи, если ей повезёт найти ту, которая её обучит, но молодым и красивым девушкам путь один — пополнять городские бордели.
— Есть исключение — все приюты курируются полицейской службой, проходя проверку раз в несколько лет и если там обнаруживается ребёнок с даром, если ребёнок имеет отношение к аристократам, то ребёнка в обязательном порядке изымают и передают в монастырский приют. Где дети получают хорошее образование и могут выбирать кем становиться.
