Гражданин начальник

И ровно через пять минут в кабинет впорхнула девчушка в мини-юбке и, обдав Пафнутьева духами, положила на стол письмо Пахомова с подколотой карточкой журнала. Красная полоса, пересекающая карточку по диагонали, придавала письму вид важного государственного документа. Тюльпин взял письмо, прочитал его, поднял глаза на Пафнутьева.

– Ну что ж, – сказал он с проникновенностью в голосе, – поздравляю. Ваша следовательская интуиция не подвела. Пахомов пишет здесь, что разослал копии в различные инстанции, в том числе и в вашу милицию.

– Это так, – кивнул Пафнутьев. – Но письмо, посланное в милицию...

– Затерялось? – подсказал Тюльпин с понимающей улыбкой. – Бывает. Но мы вас выручим. – И он легонько подтолкнул письмо через пустой стол к Пафнутьеву.

– Может быть, сделать копию? – неуверенно предложил следователь.

– А зачем? Автор, как вы утверждаете, убит, отвечать ему нет надобности. Вам же, как я понимаю, проще работать именно с оригиналом, а не с копией. А подобных писем у нас... Сорок человек в редакции отвечают авторам писем.

– К черту, – замявшись, произнес Пафнутьев, а про себя подумал, что он вот так просто с письмом бы не расстался. – Простите, а вы не хотите послать к нам своего корреспондента? – неожиданно спросил Пафнутьев, хотя секунду назад ничего подобного у него и в мыслях не было. – Все-таки, знаете, ваш автор, прислал письмо, его убили, в результате следствия разоблачения подтвердились.

Тюльпин несколько мгновений смотрел на Пафнутьева в полнейшем недоумении, потом перевел блекло-голубой взгляд на окно, отбросил назад упавшую на лоб благородную прядь чистой серебряной седины и, все еще пребывая в раздумьях и колебаниях, нажал кнопку звонка. Вошла секретарша. Дородная, спокойная, с замедленностью в движениях и во взгляде. На Тюльпина посмотрела с легкой укоризной – дескать, что это вы, Святослав Юрьевич, взялись беспокоить меня по пустякам?

– Фырнина ко мне, пожалуйста.

Секретарша посмотрела на Тюльпина на этот раз даже осуждающе, но промолчала и вышла все с той же невозмутимостью. Пафнутьеву показалось, что она не все поняла. Но тем не менее минуты через три в кабинет вошел Фырнин. Был он светловолос, лысоват, в сером костюме, на Тюльпина смотрел с почтением, но не слишком большим. На Пафнутьева взглянул только для того, чтобы поздороваться.