Что для Веры были сейчас эти его слова?
- Знаешь... Я больше не буду вмешиваться в твою жизнь.
Донесся сиплый смех Александра.
- Я просто... Я хочу объяснить. Я пыталась рассказать, объяснить, но ты ушел, не пожелал слушать.
- Теперь я не могу уйти, и у меня нет выбора. Слушаю тебя, мама.
Вере почудилась дикая усталость в его голосе. Наверное, его лихорадит или обезболивание отходит. Неужели нельзя было перенести этот разговор? Валерия Аристарховна как всегда в своем репертуаре.
И все же, когда та заговорила, Вера снова поразилась.
- Я хочу объяснить, почему всегда была против... секретарш.
Последовало молчание.
- У твоего отца тоже была страсть к подобным особам. Только в отличие от тебя он вообще не пропускал ни одно юбки. Секретарши у него менялись каждые несколько месяцев. Мне было противно, но это меня не трогало. И только с одной у Всеволода был серьезный роман, длившийся несколько лет. Любил ее! Что я только не делала, чтобы он ее бросил!"
"Последовала злая звенящая пауза, наполненная застарелой ревностью и обидой.
Уж сколько лет, как тот умер, а все не простила.
- Мария Панкратова. У него был сын от этой женщины, твой отец оставил ему половину своих денег.
Вера зажала рот рукой, мелькнула страшная догадка. Слишком неожиданно, шокирующе! Это переворачивало все с ног на голову.
- Ты не могла сказать об этом раньше?!
- Я пыталась еще тогда, ты сам не захотел слушать.
Послышалось движение, шум отодвигаемого стула.
- Александр, тебе нельзя вставать. Давай позову я врача.
- Мама, оставь меня, уйди!
Вера поняла, если бабка сейчас выйдет, они столкнутся носом к носу, и быстро пошла по коридору в сторону лестничной клетки.
Выбежала и встала на площадке, хватая ртом воздух.
Надо было отдышаться, осмыслить.
***
То, что с ними произошло за последнее время, ни в какие рамки не укладывалось. Сначала несчастье надвинулось гигантской волной, чуть не раздавило, сорвало все покровы, ободрало до мяса. Вера судорожно хмыкнула, некоторых буквально.
А теперь еще это, последнее - просто шок.
Как теперь с этим жить???
Вот где подвох-то. Потому что не берут людей с улицы заместителями гендиректора. Даже по чьей-то протекции не берут! Это же бизнес. А ее экстремал - шеф, новичок, дилетант, явившийся ниоткуда?! Ведь он настолько тонко действовал, стопроцентно знал обо всем. Теперь в ином свете представали все его оговорки, и странности поведения. Ничего личного, но это же, мать его, бизнес.
А ее все-таки использовали.
Ну, Федор Михайлович...
