Гребень Маты Хари

Но самое главное, там прокручивались такие операции… просто фантастические! С каких-то заводов или складов на свалку привозили болванки цветных металлов, якобы списанные, которые тут же отправлялись на другие заводы, где их учитывали как сырье… ну, честно говоря, я не очень во всем этом разбиралась, – призналась Маргарита, – но Крестовик… Константин Сергеевич был очень богатым и влиятельным человеком.

До этого я слушала ее вполуха, поскольку таких вечеров воспоминаний мне уже хватило надолго. Но теперь она говорила что-то конкретное, и опять же, этот перстень, он явно тут неспроста.

– Ты не представляешь, какие у него были друзья! – Старуха закатила глаза к потолку. – Генералы, известные актеры, дирижеры… у нас с ним был роман, бурный роман! Он поразил меня широтой своей души! Какие он делал подарки! Как он красиво жил! Мы посещали самые громкие премьеры, ужинали в самых популярных ресторанах. Ему, например, ничего не стоило в выходной слетать вместе со мной в Сочи…

Маргарита заметила, что это сообщение не произвело на меня сильного впечатления, и добавила:

– Сейчас это не кажется удивительным, сейчас люди летают в Канны, на Майорку да хоть на Канары, а тогда в Сочи в выходной – это было нечто немыслимое! И всегда был самый лучший номер в самой лучшей гостинице!

– Но вы не были женаты?

– Ой, что ты! – Маргарита махнула рукой и делано рассмеялась.

 – Об этом не было и речи! У него уже была жена, кто бы сомневался! Такой мужчина не может остаться бесхозным! Но он любил меня, а уж как я его любила, как любила… – Старуха на мгновение замолчала, достала кружевной платочек.

Я испугалась, что она сейчас заплачет. Но обошлось. Ее оптимизм взял верх, и она проговорила:

– Константин очень любил женщин, и они его тоже любили. Я с благодарностью вспоминаю его. Он был добрым, веселым, щедрым… какие он дарил мне подарки!

– И чем все это кончилось?

– Ну, чем кончаются такие бурные романы? Мы расстались… он на прощание сделал мне прекрасный подарок… серьги с сапфирами… потрясающей красоты!

– Ах, не спрашивай! Жизнь была долгая и тяжелая, надо было на что-то жить, и я их продала.

В самое трудное время – в девяностом году… постепенно я продала все его подарки, они и помогли мне продержаться. Так что теперь на память о нем у меня осталась только эта вазочка. Поэтому я так расстроилась, когда она пропала. – Маргарита Романовна с нежностью погладила вазочку, как будто она была живой.

– Но вообще-то, я имела в виду другое, когда спросила, чем все это кончилось.