Гребень Маты Хари

Здесь были ее фотографии в необычной экзотической одежде, в ярких украшениях и шелковых накидках – должно быть, ее фотографировали во время исполнения восточных танцев.

– Ну, ведь меня можно узнать? – щебетала она, напрашиваясь на комплимент.

– Несомненно… – отозвалась я уклончиво и снова вернулась к той фотографии, где она стояла рядом с мужчиной. Я внимательно смотрела на мужчину. Точнее, на его руки.

Дело в том, что на его правой руке я увидела перстень.

Конечно, фотография была мелковата, но мне показалось, что это такой же перстень, как тот, который я видела роковой ночью возле отеля и потом на руке водителя дорогой машины возле дома на Крестовском острове.

Я осторожно вынула фотографию из уголков, разглядела ее внимательнее. Да, это был точно такой же перстень… мне показалось, что я разглядела паука и паутину.

– Маргарита Романовна, – спросила я осторожно, – а что это за перстень у него на руке? Здесь мелковато, я не могу разглядеть, что на этом перстне изображено!

– Паук-крестовик! – ответила она, не задумываясь.

 – Точно такой же, как на этой вазочке, которую ты спасла. Потому эта вазочка так мне дорога. Костя всегда носил этот перстень, у него даже кличка такая была – Крестовик…

– Кличка? – переспросила я. – Он что, был уголовник?

– Нет, что ты, милая! Какой уголовник? Он был директор городской свалки! – Последние слова Маргарита Романовна произнесла с таким уважением, как будто ее знакомый возглавлял как минимум Эрмитаж или Большой театр.

– Городской свалки? – переспросила я удивленно, едва подавив смешок.

– Да, городской свалки! – Маргарита сделала вид, что не заметила моего фырканья. – А чему ты удивляешься? Свалка! Ты не понимаешь, какое это было золотое дно! Там крутились большие, просто огромные деньги!

– Какие деньги могут быть на свалке? – снова фыркнула я. – Мусор… бытовые отходы…

– О, просто огромные! Начать с того, что, по крайней мере в те времена, на свалку часто выбрасывали очень ценные вещи, которые просто нужно было списать, но которые вполне еще можно было продать или в крайнем случае пустить в переработку.

Я уже не говорю о тысячах тонн макулатуры и металлолома, но там были даже детали, механизмы и электронные устройства, из которых можно было выделить драгоценные металлы.