Гребень Маты Хари

А для начала я хотел бы с тобой поговорить…

– Так пойдем ко мне в избушку, не здесь же разговаривать! – Старуха протиснулась обратно через раздвинутые доски забора, придержала их для нас с Алексеем. По скрытой среди кустов тропинке мы прошли к ее хибарке, вошли внутрь.

Внутри избушка Матвеевны не казалась такой маленькой, как снаружи. В ней были две комнаты – просторная горница, обставленная простой, старинной, потемневшей от времени мебелью, и отделенная от нее плюшевой портьерой маленькая спальня, где едва помещалась высокая кровать с кружевными подзорами и целой горкой пуховых подушек.

– У тебя, Матвеевна, почти ничего не изменилось, – растроганно проговорил Алексей, оглядевшись по сторонам. – Разве что все стало гораздо меньше…

– Это ты, Алешенька, стал гораздо больше! – ответила старуха. – А ты меня с девушкой своей не познакомишь?

Я хотела возразить, сказать, что я вовсе не его девушка, но что-то меня остановило.

– Это Маша, – коротко ответил Алексей. – А это Матвеевна… я в детстве жил здесь какое-то время с мамой, и Матвеевна со мной нянчилась… хорошее было время!

– И ты был славный мальчик! – пробормотала старуха.

 – Жалко, что Александра Львовна не вам с Аленушкой этот дом отписала… видно, какие-то у нее на этот счет свои мысли были…

– Как вы живете? Новые хозяева вас не обижают?

– Нет, не обижают. Правда, так и видно по их глазам – ждут не дождутся, когда я отсюда на Лесное съеду…

– Куда? – удивленно переспросил Алексей.

– На Лесное кладбище, – спокойно пояснила Матвеевна.

 – А что, кладбище у нас хорошее, знаменитое… там много известных людей похоронено… писатели да художники… и мне там местечко найдется. В свое время или немного позже. Но ты же, Алешенька, не затем сюда приехал, чтобы обо мне да о здешнем кладбище говорить?

– Нет, Матвеевна, конечно. А вот посмотрите на эту фотографию – она ведь здесь, в этом доме, сделана?

Он положил на стол перед старухой злополучный снимок.

Матвеевна отстранилась от него как можно дальше – видимо, у нее была сильная дальнозоркость.

– Ну да, в хозяйском доме, в большой гостиной. Надо же, как Аленушка здесь хорошо получилась! Это в каком же году снимали? Примерно лет тридцать пять тому… ну да, тогда приезжал он, отец-то твой, видно, он и сфотографировал… – На лицо Матвеевны набежало облачко.

Она еще несколько минут разглядывала фотографию, потом вернула ее Алексею и проговорила:

– Точно, в большой гостиной. Только одно странно… бюст Ильи Ефимыча никогда на этом месте не стоял.