Грехи и мифы Патриарших прудов

Правда, один был на особом счету — Левушка. Этого она отличала от других. И родители к нему благоволили — он их круга, даже выше. Он сынок известного дирижера, фамилия его Мамелюк-Караганов. У него и дед знаменитый был музыкант, и бабка в Большом пела с Атлантовым. Родители, Регина с Платоном, надеялись, что Ло выйдет за него. Но нет, не сладилось у них.

— Он тоже сосед, этот парень?

— Он их сосед по Малой Бронной, где их прежняя квартира. Они с Ло в одной школе учились там, на Бронной еще. Левушка моложе ее — он учился с Гаврюшей нашим.

Они опять встретились, когда Ло туда жить переехала.

— Пелопея ведь наркотики стала употреблять, — заметила Катя.

— Про это я ничего не знаю, — Ежова поджала губы. — Они про это в семье не говорили. Это потом уже, когда авария… там много чего выплыло… Но я про это ничего не знаю.

— А как она с домашними себя вела? С братом, сестрой?

— Грета колючий ребенок. — Ежова вздохнула. — И в кого только такой характер? Но с Ло они мирно жили. Это сейчас она все с мачехой молодой, с Феодорой, скандалит, ни дня без крика, без ссор.

А с Ло у них все тихо было. А Гаврюша с Ло дружил всегда, с детства. Он мать с отцом так не слушал, как ее. Даром что они не родные брат с сестрой, а словно родные. Он и Регину — мать приемную — больше отца любит. Мне кажется, это потому, что она красивая очень. Парни порой красоту боготворят. А Ло он всегда в рот смотрел, делал, что скажет. Бывало, еще мальчишкой выпендриваться начнет, шалить, а она только бровью поведет, и он притихнет. Один раз они на моей памяти только поссорились. Это когда родители на него насели — кричали, а Ло их сторону приняла, а не его. Тоже покричала на него.

— А из-за чего был крик? — спросил Клавдий Мамонтов. — Когда? Перед аварией?

— Нет, это задолго до этого было. Ло еще в доме жила, не уехала. Родители Гаврюшу хотели за границу учиться отправить. Платон Петрович вроде как и место оплатил — то ли в Англии, то ли во Франции это, не скажу где, но там, где все детки их знакомых учатся. Ну и Гаврюшу туда же хотели пристроить.

Он ведь умный шибко, с математикой дружил, задачки-то как семечки лущил, легко. А он ехать отказался наотрез. Родители шумели на него — заперлись в гостиной и, видно, воспитывали. Ну и Ло тоже их сторону приняла. Обычно-то она за него всегда заступалась, а тут кричала: ты жизнь себе ломаешь, надо ехать, надо о будущем думать. И все такое. Парень-то расстроен был очень, но на своем настоял, не уехал. Я думаю, причину остаться он имел.