Грехи и мифы Патриарших прудов

Она увидела тот самый сияющий чистотой вестибюль, пустое место консьержа и… дверь черного хода со двора, которой они в прошлый раз пользовались с Гущиным. Сейчас эту дверь загораживала высокая стремянка.

Катя побежала по лестнице вверх. На этаже Кутайсовых в их квартире дверь открыта — на пороге Регина.

— Что случилось? — спросила она тревожно.

— Ящик цветочный сорвался, — бросила на ходу Катя. — Девушки не пострадали. Идите, они внизу. Кто живет наверху? На пятом?

— Наши соседи, — Регина, забыв о лифте, побежала вниз по лестнице.

 — Как… как это ящик… как он мог сорваться?

— Вы никого не видели сейчас на лестнице? — крикнула Катя, задыхаясь от быстрого подъема.

— Нет. Я услышала страшный грохот, — голос Регины уже доносился снизу.

А Катя достигла площадки пятого этажа.

Двери двух квартир и окно лестницы — то самое, где крепился ящик с цветами.

Катя медленно подошла к окну. Закрыто. Она дернула ручку — закрыто. Окно — самое обычное: стеклопакет, пластик. Подоконник чистый, ни пыли, ни грязи, ни следов.

Катя повернула ручку и открыла окно, выглянула. Внизу, у парадного, уже собрался народ. Катя наклонилась, уцепилась за створку, вытянула руку, начала щупать каменную стену, штукатурку. Рука наткнулась на железку — похоже, болт. Он вихлялся в своем гнезде. Высовываться дальше наружу Катя побоялась.

Она закрыла окно, повернула ручку, подошла к двери одной из квартир. Нет камеры. И у противоположной двери камеры тоже нет. Она нажала кнопку звонка — динь-дон!

На звонок за дверью тут же раздалось многоголосое злобное тявканье.

Маленькие собачки.

Катя ждала. Дверь никто не открыл. Собачки в исступлении заходились лаем.

Она позвонила в другую квартиру. «Кто там?» — раздался тоненький голосок с причудливым акцентом. «Полиция, откройте!»

Дверь открылась на цепочку, и в щель выглянуло изумленное личико филиппинской горничной в ярком фартуке из нейлона.

— Где хозяева квартиры? — громко, как к глухой, обратилась к горничной Катя.

— Нет, нет, загород.

Они загород, — филиппинка затрясла головой, как одуванчик под ветром.

Снизу послышались громкие голоса, поехал лифт, и вот уже целая делегация встревоженных личностей вваливается на пятый этаж: два дворника-таджика в комбинезонах и толстая дама в вязаной кофте — то ли консьержка соседнего дома, то ли сотрудница ТСЖ.

— Вы кто? — строго спросила она Катю.

Катя молча показала удостоверение.

— Людей чуть не убило упавшим ящиком с цветами, — сказала она.