Грехи и мифы Патриарших прудов

А вот внешняя сторона Садового кольца выглядела относительно свободной. Машины по этой стороне ехали резво. И «Форд» с юнцами, нарушая все правила, пытался развернуться через сплошную в противоположную сторону, чтобы уйти от погони по свободной дороге.

Они развернулись под отчаянные гудки встречного транспорта, и он, перестроившись, проделал тот же опасный маневр — он должен был их догнать, задержать.

«Форд» мчался, вихляя по полосам, перестраиваясь то в первый ряд, то в третий, но он быстро нагнал их уже в начале Зубовского бульвара, стараясь подрезать и прижать к тротуару.

На секунду он поравнялся с ними и снова увидел их обоих — Гаврила что-то кричал сестре, а она билась на заднем сиденье.

Он не понял, что там у них творится — обезумели, что ли, они вконец от страха и паники, от погони, от того, что он вот-вот прижмет их к тротуару, заставив остановиться. Им было не по силам соревноваться в гонках с таким водителем-профи, как он.

Но Гаврила в этот момент, что-то крича, резко вывернул руль влево. Его внедорожник ударил в бок внедорожник Клавдия Мамонтова.

Скрежет, лязг, скрип тормозов.

Машины, ехавшие мимо, притормаживали, опасливо шарахались в сторону.

Гонки на «Геленвагенах» по Садовому!

Где-то сзади послышалась громкая сирена ГИБДД. Их настигали.

Там, в «Форде», это тоже знали, чувствовали и лишь прибавили газу.

На огромной скорости, ныряя из ряда в ряд, «Форд» промчался по Зубовской площади на красный свет, преследуемый Клавдием Мамонтовым.

У метро «Парк культуры» «Форд» сделал странную петлю — метнулся к тротуару, притормаживая, словно хотел остановиться. В этот момент Клавдий догнал их и поравнялся с ними снова. Они там, в салоне, снова кричали, орали. Ему показалось, что девчонка на заднем сиденье пытается открыть дверь.

Но «Форд» снова газанул вперед, промчался под эстакадой.

В суматохе, в свете фонарей, Клавдий сначала даже не понял, что это выпрыгнула Грета.

Она ударилась плашмя грудью о гранитный бордюр.

А «Форд» снова боком таранил подрезавший его внедорожник Клавдия и с ревом вырывался вперед — на мост.