Грешная вдова

— Клюнуло! Злодей прислал мне записку!

Артемис, сидевший за своим письменным столом, поднял голову и взглянул на конверт с холодным удовлетворением охотника, который знает, что зверь скоро будет в капкане. Мэделин восприняла новость почти так же — ее лицо озарилось сначала веселым удивлением, потом радостным ликованием.

Но сердце Бернис согрелось лишь тогда, кода она увидела взгляд Генри Леджетта, преисполненный гордости и восхищения.

— Поздравляю вас, мисс Рид, — сказал он. — Последние два дня вы блестяще вели свою партию.

— Мне приятно сознавать, что я привнесла в свою роль некоторую долю убедительности, — скромно произнесла Бернис.

— Вы были просто великолепны, — заверил Генри, не сводя с нее восхищенных глаз.

— Великолепным был план Артемиса, — сочла своим долгом заметить Бернис.

— Но без вас, мэм, этот план не мог быть выполнен столь безупречно, — настаивал Генри.

Артемис и Мэделин переглянулись.

— Давайте потом обсудим заслуги каждого, — сказала Мэделин. — Читай записку, тетя Бернис.

— Да, конечно, милая. — Чувствуя, что настал ее звездный час, Бернис встряхнула листок с посланием. — Она довольно короткая, — предупредила она, увидев текст, — но я уверена, что в ней содержится именно то, на что рассчитывал Артемис.

— Интересно! — Артемис откинулся на спинку кресла и вытянул ноги, скрестив их в лодыжках. — Ему нужна большая толпа: она прикроет его, когда он будет забирать у вас книгу, Бернис, Сочетание Стратегии отвлечения внимания и Стратегии запутывания следов.

Мэделин нахмурилась:

— Если он воспользуется ловкой маскировкой, то его будет трудно найти, не говоря уже о том, чтобы схватить его в уличной толчее перед театром.

— Он начнет действовать после спектакля, когда я уйду ловить экипаж, — с поразительной уверенностью заявил Артемис.

Бернис удивленно приподняла брови:

— Другой возможности я ему не дам, — произнес он вкрадчиво. — До этого момента я не оставлю вас с Мэделин одних.

Артемис продумал все возможные случайности, кроме этой, самой неприятной, думала Мэделин, когда вечерний спектакль подходил к концу. Поглощенная подробностями плана, она и не заметила, что на нее со всех сторон пялятся любопытствующие. Это было похуже, чем на балу у лорда Клэя. В перерывах между действиями ее слепили театральные бинокли, направленные в сторону ложи, в которой сидели она, Артемис и Бернис.