Грязная жизнь

– Ну так что? – поторопила его Ксения.

Судя по всему, она довольна произведенным эффектом.

– Для того чтобы провернуть эту аферу, нужны немалые деньги. А как понял, вы в данный момент на нуле?

– Деньги будут. Их даст нам Маша.

Дмитрий с интересом выслушал ее план.

Красивая, роскошная у нее вилла в пригороде Москвы. Покойный Петр, царствие ему небесное, не жалел на нее денег.

Маша выбралась из огромной ванны, заполненной теплой водой. На ее гладкой матовой коже таяла нежная пена. Заботливые руки служанки обернули ее огромным полотенцем.

И все же ее загородный дом в Париже несравнимо лучше. Его закончили строить совсем недавно. И она обязана в нем побывать. В конце этой недели она выезжает во Францию. Между прочим, без Жени. Нравится он ей все еще, но, кроме него, в мире немало других мужчин. И один из них ждет ее в Париже. Он, а не Женя проведет с ней первую ночь в новом доме.

Скоро она переберется за границу насовсем.

Маша вышла из ванной комнаты, прошла в роскошную спальню, а оттуда в личный косметический кабинет.

– Госпожа Архипова, к вам на прием Ксения Архипова, по всей видимости, дочь вашего покойного мужа, – сообщил ей после обеда дворецкий.

– А это мне знать, кто она такая, – грубо оборвала его Маша. – Скажите ей, что я, возможно, приму ее сегодня вечером.

Но приняла она ее только через два дня. Каждый сверчок знай свой шесток.

– К тебе не пробьешься, – с усмешкой сказала Ксения. – Прямо царица стала.

Маша ожидала от нее хотя бы тени почтения. Но Ксения вела себя развязно. Не дожидаясь приглашения, села в кресло в ее личном кабинете, заложила ногу на ногу и запросто закурила.

– А я и есть царица, – глядя на нее как на полнейшее ничтожество, ответила Маша. – И прежде чем закурить, извольте спрашивать разрешения.

– Извольте спрашивать разрешения? – прыснула со смеху Ксения.

– Знаю правила хорошего тона.

– Фу-ты ну-ты, с ума сойти. Правила хорошего тона? Между прочим, я в дом своего отца пришла, а ты меня два дня мусолишь.

– Я была занята, – сверху вниз посмотрела на нее Маша.

Чего эта пташка о себе возомнила?

– Чем? Любовью? – уколола ее взглядом Ксения.

– Это не твое дело! – рассердилась Маша.

– Я тоже так думаю. Твоя интимная жизнь, дорогая мамочка, не должна касаться никого.