Просто появился в моей жизни не вовремя.
— А ты, я вижу, всерьёз им увлечена, — улыбнулся он жутковато. — Меня ты так никогда не любила.
— Это не важно, Янис, — прикусила она губу. — Просто не трогай его.
Они сместились в уголок за колонну, чтобы не привлекать внимания прибывающих гостей.
— Я и не собирался, Таня, — полез Янис в карман. — Я думаю, ты сама его бросишь, потому что он недостоин тебя.
— Ты повторяешься, — усмехнулась она.
— Я никогда не повторяюсь, — набирала он что-то на своём странном многокнопочном аппарате.
— Это он повторяется и тебе врёт.
Он развернул к ней экран. Влад расстёгивал на Женьке платье — показывала со спины камера на её собственной кухне. Распитое вино на столе. И его требовательные руки.
Картинка остановилась, Таня подняла невидящие глаза на Яниса.
— Посмотри на время, — потыкал он в свой аппарат ещё раз и развернул.
Полуголая Женька выскочила из кухни, прикрывая грудь. Это показывала камера из коридора.
— Сегодня? — смотрела Таня на цифры в углу экрана. — Прямо сейчас?
— Скажем так, час назад, — посмотрел Янис на часы.
— Сейчас, я думаю, они уже закончили и направляются сюда.
— Как ты посмел ставить камеры в моей квартире? — накинулась Таня на Яниса, хотя хотела разрыдаться.
— Я же говорил тебе, никогда ничего не пускай на самотёк, — спокойно убрал он в карман свой гаджет. — Я ты расслабилась, раскисла.
— Я спросила про камеры, — стиснула она зубы.
— Ты просто плохо искала, — растянул Янис губы в улыбке. — В комнатах нашла, а вот в кухне и коридоре не все.
Поэтому, извини, видео так мало.
Она зло выдохнула через нос, но ничего не сказала. Было так больно, что она не знала, как с этим справиться.
— Ну, ну, девочка моя, — привлёк он её к себе и погладил по спине. — С ним всё равно пришлось бы расстаться. Понимаю, обидно. Но, знаешь, кривое полено и огонь не исправит. Ты же знала о нём всё. Я видел историю твоих просмотров. Ты месяц следила за каждым его шагом, за каждой бабой, за каждым вздохом. Поверила, глупенькая, что ты у него единственная?
Она отстранилась.
— Мне надо побыть одной.
— Понимаю… — и он ещё что-то сказал ей в след, кажется, что ему надо уехать, но Таня его почти не слышала.
Только в одном Янис был прав. Она Владу поверила. Но не расслабилась, не забылась, не раскисла. Она боролась за него, чтобы он стал сильнее, чтобы ни одна падла больше не посмела играть на его слабостях, когда Тани не будет рядом. И только об одном сейчас сожалела — что не была ещё уверена, что он справится.
