Я хотел приготовить тебе завтрак. Хотел сводить тебя в кино. Накормить в ресторане. Проводить до дома и пригласить на свидание.
Смешная шутка, да.
— Я, надеюсь, ты не расплакался? — улыбнулась она.
— Это тебе, — он снова проигнорировал её язвительность.
В его руке роза.
Самая совершенная роза, какую она когда-нибудь видела. В самой совершенной мужской руке.
— Спасибо, — она взяла её аккуратно, двумя пальцами, но наткнулась на колючий шип и вздрогнула.
Роза упала. И пока Таня разглядывала палец, Влад уже протянул руку и прижал его к своим губам.
А потом медленно провёл её рукой по своему лицу за шею, и прикрыв глаза, обнял девушку. Он так шумно вдыхал её запах, и прикасался к ней так нежно, что она не знала, что об этом думать. Он обволакивал её своей неожиданной чувственностью, и она тонула, бессовестно тонула в ней.
— Я скучал, — прошептал он ей на ухо, растягивая гласные и даже не поцеловал, просто прижался губами к ложбинке между шеей и плечом и затих."
"Они словно не виделись вечность. Словно это была Разлука, истерзавшая его душу в клочья.
Его хриплый стон бежал электричеством вниз по её позвоночнику. Она зарылась лицом в его волосы, вдохнула знакомый запах шампуня и отправила к чёрту всё, что было до него.
— Останься со мной, — прошептал он.
— Ты заплатил.
— Нет, — покачал он головой.
Он поцеловал её в висок, в лоб, в другой висок и так же вернулся обратно.
— Останься со мной.
Она провела рукой по его волосам и запустила в них пальцы.
— Конечно, — прошептала она.
— Да, — откликнулся он и откинул голову, так и не открыв глаза.
Она сняла с него пиджак, поцеловала в эту беззащитную шею и начала расстёгивать рубашку. Он глухо постанывал на каждое прикосновение её рук, а она спускалась всё ниже и ниже.
Стоя на коленях, она слизала солёный вкус моря с кончика его освобождённого от белья друга. «Интересно, как он его называет?» Она бы назвала его «красавчик», потому что он красивый. Ровный, упругий и такого размера, чтобы не сказать: «И что мне с этим недоразумением делать?» И не такого, чтобы ужаснуться: «И как я это засуну в рот?» Он идеальный.
И они знакомы.
«Привет, красавчик!» — облизнула она его как леденец.
Ей нравилось, как он пахнет, нравилось, как он скользит, как удобно ложится в руку и блестит, покачиваясь, когда выскальзывает изо рта.
Его хозяин не хватал её за голову, задавая нужный ритм, не помогал руками. Он просто позволял ей делать всё, что захочется, и по каким — то необъяснимым причинам ей это тоже нравилось.
