Грубиян

Пару бесконечно долгих секунд Макс прожигает во мне дыры голодными глазами, а после кивает, отпускает, и я слышу щелчок разблокировки дверей.

На морозный воздух выскакиваю с такой прытью, что позавидовал бы гепард, но из-за сводящих с ума поцелуев мысли в норму так и не вернулись, и я благополучно забыла о том, что сама вряд ли смогу дойти до подъезда с травмированной ногой. Макс выходит из машины, молча подхватывает меня на руки и несёт к подъезду, а я просто смотрю в его лицо, отмечая, что на нём тоже есть эти проклятые родинки, от которых у меня едет крыша.

— Если будешь так смотреть, решу, что влюбилась, — довольно ухмыляется парень, а я краснею до цвета запрещающего сигнала светофора."

"На ноги меня ставят только в лифте под клятвенные заверения о том, что до дверей квартиры я доковыляю самостоятельно. Но, разумеется, просто так меня не отпускают: его губы вновь захватывают мои в плен, и я в который раз теряю голову.

— Готовься, — обжигает он своим дыханием моё ухо.

Мои колени начинают дрожать, и мне приходится ухватиться за поручень, чтобы удержаться в вертикальном положении.

Макс на прощание подмигивает и уходит прочь. С трудом перевожу дух, пока лифт едет на самый последний этаж, и кидаю взгляд в зеркало. Ну и видок у меня: на голове — воронье гнездо, губы опухли, словно накачанные силиконом, в глазах — дикий блеск. Правда, когда взгляд проходится по открытому участку шеи, и я замечаю несколько засосов, губы отчего-то растягиваются в улыбке.

Интересно, почему?

Прихрамывая, выхожу из лифта и торможу на полпути из-за ошарашенного взгляда Алисы.

— Скажи, что мне показалось то, что мне показалось!

Мысли всё ещё находились в хаотичном порядке, и из-за каламбура подруги у меня начала кружиться голова.

— Что ты имеешь в виду?

Алиса делает шаг ко мне навстречу, хватает за шиворот куртки и буквально затаскивает в квартиру.

— Я надеюсь, хромаешь ты не из-за Макса?

Пару секунд пытаюсь вникнуть в смысл сказанного, а потом чувствую удивление и жгучее желание защитить Соколовского.

— Конечно, нет!

Восклицаю чересчур эмоционально и прикусываю язык, но уже поздно: Алиса подозрительно щуриться.

— Да ты влюбилась!

И это был не вопрос.