Только пустая трубка из-под криогенного заряда, которую он зачем-то тащил с собой. Рюкзак топорщился, словно был набит банками.
— Без ружья не боишься?
— Нет, господин. У меня есть ружье. Я оставил его в палатке.
— Какого цвета палатка?
— Желтая, господин. Стоит к востоку отсюда.
— Не соврал, если только не очень хитрый. Ты меня господином не зови, — покачал головой Панкратов. — Чай, одногодки… Сколько тебе?
— Двадцать восемь, господин.
— Ну, а мне — тридцать. Почти столько же. Зови Вадимом, Чжэнь Лю.
— Можно просто Лю, — обрадовано закивал китаец.
Но дружинник радоваться не спешил.
— Что тебя принесло сюда, желтолицый? Нефть в Китай тащить — удовольствие дорогое… Шпионишь?
Китаец замялся.
— Вываливай все из рюкзака, — приказал Панкратов.
— Не можно, — ответил Лю.
— Можно, — нехорошо усмехнулся дружинник, и передернул затвор винтовки.
Китаец поспешно скинул с плеч и опрокинул рюкзак. Как ни странно, он оказался набит пустыми жестяными банками.
— Что это?
— Контрабанда. Термосы, — покорно ответил китаец.
— Ты их продаешь, что ли? — удивился Вадим. — Вроде бы от рынков далековато… Да и расцветка так себе… Хоть бы цветочек какой нарисовали… Или аиста… А ну-ка, не темни!
— Контрабанда. Нужны яйца червей, — сообщил китаец. — Три целых яйца самое малое. Большой человек платит большие деньги. Будет делать нефтяной бизнес на отмелях. Входи в долю, казак! Я тебе заплачу две тысячи юаней! Мне обещали три тысячи…
— Родину не продаю, — холодно бросил Вадим. — Да и как я твои юани получу? Обманешь…
— Не обману! А яйца — на что они тебе? Ты ведь их все равно сожжешь!
Вадим покачал головой.
— Обманешь… Все вы, желтолицые, такие. Особенно японцы. Но и вы тоже хороши. Раз тебе яйца нужны, ты их не получишь, Лю Чжэнь. Не то, чтобы я тебе гадость хочу сделать. Как знать — зачем эти яйца вашему большому человеку… Нет уж, помоги мне лучше нефть слить. Умеешь?
— Зачем нефть? — застонал китаец. — Сколько нефть стоит? Пятьдесят юаней? Сто? А за яйца человек три тысячи платит!
Панкратов достал из кармана воронку, вытащил из другого связку пластиковых пакетов-контейнеров, приказал китайцу:
— Сливай.
Чай, дело знаешь?
Лю Чжэнь послушно закивал. Еще бы — извлечь из червя не полностью созревшее яйцо — дело потруднее, чем слить из нефтяных мешков их содержимое.
Вадим устроился на старой поваленной сосне, отстегнул от ремня медпакет, принялся обрабатывать раненую ногу. Винтовка лежала здесь же, под рукой. Но китаец поводов для беспокойства не давал.
