Терзая ему сердце, она не смахнула их — позволила пролиться. А он стоял и смотрел, как слезы текли по ее щекам.
Чейз был готов вырвать сердце из своей груди и швырнуть в пламя камина. За все то хорошее, на что сердце его подвигло, теперь придется расплачиваться.
Александра проигнорировала деньги.
— Я не верю, что ты говоришь искренне. Я знаю, ты намного лучше, чем хочешь казаться. Ты добрый, с любящим сердцем. Но даже если пропустить мимо ушей твои слова, это не будет означать, что они не ранят.
— Забери деньги. Александра. И телескоп тоже. Мне он не нужен.
— Я не нуждаюсь в плате за добро…
— Мне кажется, нам следует заключить сделку.
Алекс покачала головой.
— Завтра, послезавтра, а может, на следующей неделе ты очнешься и поймешь.
каким идиотом был, и захочешь все исправить. Скажу тебе сейчас: будет слишком поздно! В последний раз я доверилась своим надеждам. Чейз. В последний раз я посмела мечтать о будущем, связанном с тобой. Что ж, теперь я вижу, как мечты разбиваются вдребезги.
Он посмотрел ей в глаза и кивнул.
— Вот и хорошо.
Глава 33
После того как все это случилось, Чейзу понадобился всего один час, чтобы осознать, каким идиотом он был, ведь девочек невозможно вычеркнуть из его жизни.
Когда настало время вправить Дейзи руку. Чейз удерживал ее, чтобы доктор смог сделать необходимые процедуры. Дейзи оглушительно кричала от боли и пыталась вырваться. Он с радостью позволил бы сломать себе руку и обе ноги, если так можно было бы взять ее боль на себя.
Это было самое большое мучение, какое он испытал в своей жизни.
Наконец все закончилось. Дейзи заснула, утомленная борьбой. Чейз тоже чувствовал себя как выжатый лимон. Он проводил доктора до дверей, забросав по пути таким количеством вопросов, что тот повернулся и пристально посмотрел на него. «Ты знаешь хоть что-нибудь?» — было написано в его взгляде.
Нет, что касается обязанностей опекуна, он не знал и не понимал, но был готов учиться.
Что было дальше? Ужин, ванна, чтение вслух. Какие-то другие, полные любви ритуалы были абсолютно незнакомы ему. Вино в этом списке не значилось, к сожалению. Пока, во всяком случае.
Вдруг он услышал всхлипывания, доносившиеся из столовой. Нагнувшись, заглянул под стол.
— Розамунда?
Девочка отвернулась и вытерла глаза рукавом, чтобы скрыть слезы.
Чейз опустился на четвереньки и залез к ней под стол.
«Спокойно, — сказал он себе. — Не напугай ее».
