Гвардеец

Смерть Чинганчгука куда-то ушла, словно ей больше не было места в сердце. И он поначалу удивлялся этому ощущению, а потом понял, что ошибается – вовсе она никуда не ушла, а просто спряталась за иными событиями, не прошлыми, не настоящими, а будущими, которые, без сомнения, еще предстояло пережить и от которых, без сомнения, зависела вся его дальнейшая жизнь. То ли судьба «росомахи», гвардейца, то ли – разжалованного в шпаки…

Потом он все таки решил пообедать. Все равно делать ничего, и надо ждать развития событий.

Все равно бежать некуда и встречаться не с кем.

Ибо сейчас от него ничего не зависело.

Осетр переходил к последнему тренажеру, когда к нему подошел служитель.

– Господин Приданников?

– Вас вызывают по местной системе связи. Пройдемте со мной!

Осетра провели в служебное помещение, подвели к аппарату.

Вспыхнула видеоформа.

Яна. Видно только лицо, окруженное туманными полосами, – режим доступа «сугубо ограниченный». Когда не хотят, чтобы собеседник видел прическу, одежду, домашнюю обстановку.

– Остромир! Мы с няней прекрасно поспали. А вы чем занимались?

Она разыскала его по внутрипансионатному поиску…

У Осетра даже душа запела.

– А я размялся немного. Отпуск отпуском, а надо поддерживать себя в форме.

– Мы с няней хотим посмотреть на бои гладиаторов. Начало в шесть часов вечера. Вы не составите нам компанию?

Еще бы три с половиной часа Осетр, как собачонка, побежал с ними. Но теперь он оказался по другую сторону баррикады, и говорить об этом было ни в коем случае нельзя, иначе Яна умрет от беспокойства за него.

Там, во время схватки, она тоже будет умирать, но там все произойдет скоротечно. Либо он скоротечно победит, либо скоротечно проиграет. А потом она убедится, что полученная им рана – всего лишь царапина, не серьезнее, чем он получил в «Ристалище»… Впрочем, нет, не будет вообще никакой раны, царапину схлопочет господин Ванюша Небежинский, чтобы его черти взяли, со всеми его потрохами и претензиями!. .

– Нет. К сожалению, я не могу. Меня тут начальство вдруг вызвало по хивэ. Надо срочно бежать на пункт транссистемной связи.

У нее от огорчения потемнели глаза.

– Очень жаль… Надеюсь, вы неожиданно не исчезнете, как в прошлый раз.

– Не думаю. – Он улыбнулся. – «Росомахи» так часто неожиданно не исчезают. Не война все-таки!

– Тогда встретимся за ужином.

Видеоформа померкла и растворилась в воздухе.

Осетру тоже было очень жаль.