Если сейчас попаду – он меня отпустит.
Всё закончится.
– Стреляй.
Он говорит, а я подчиняюсь. На инстинктах и эмоциях, забывая о хладнокровии. Пальцы дрожат, стрела улетает. Врезается возле границы, отрезающий мой проигрыш от моей победы.
Но не с той стороны, что мне нужно.
– Ещё одна попытка, - Халид предлагает, но я ни капли не верю его хватке и тяжелому дыханию. – За поцелуй. Давай, колючка, попробуй ещё раз.
Поцелуй за свободу – слишком просто.
Ничтожная цена.
Конечно же, я разворачиваюсь, опуская лук.
И целую мужчину, прижимая ладонь к его щеке. Провожу по полоске шрама, резко вздыхаю, чувствуя чужой стояк.
И, конечно же, Халид просто так не даёт отстраниться.
Глава 48. Ада"
"– Хватит, - прошу, когда чувствую, что ноги подгибаются. – Халид. У меня ещё два выстрела.
– Потом.
Он отрезает, без шансов спорить. Лук летит на бетонный пол, разнося эхо удара по комнате. И в этом эхе не слышно моего стона. Когда крупные ладони сжимают мою задницу. Вдавливают в мужское тело.
А губы жжёт от его укусов, которые тут же ласкает язык.
Беспрерывно, словно мужчине совсем не нужен воздух. И мне тоже, потому что лёгких больше не существует. Меня самой нет, только чужое дыхание на коже.
– Здесь холодно, - всё что могу придумать. Ощущение, что поезд на полном ходу несётся в пропасть, а стоп-кран сломан. – Халид.
– Я тебя согрею.
Обещает так, что не верить не получается. Согреет, испепелит. И то, как его ладони поднимают край платья вверх, тому подтверждение. Длинное, бесформенное платье, которое должно было скрывать мое тело, теперь задрано до груди.
И мужчина видит всё. Скользит взглядом, ныряет пальцами за край трусиков. И давить на клитор, пока не почувствует мою дрожь.
– Какая ты влажная, Ада. Отталкиваешь меня, а у само между ног водопад.
У него хлёсткие слова, хуже пощечин. Бьют по лицу, напоминая, что я творю. В чьих руках сейчас и к кому с поцелуем тянусь. Бьют, но совсем не отрезвляют.
Халид сгребает мои волосы, до боли призрачной. И тянет к себе, возобновляя поцелуи.
Жесткие и жадные, когда всё забывается. Даже собственное имя.
И я отвечаю. Роняю платье, которое сама удерживала. Тянусь пальцами к его лицу. Плечи под пальцами напрягаются, превращаясь в камень. Словно жаркий, приятный валун, нагретый на солнце.
Мужчина толкает меня к балке, которая служит опорой второму этажу и мне самой. Упираюсь руками в холодный бетон, выгибаясь. Стараюсь уйти от настойчивых прикосновений, но Халид сильнее давит.
