Ярдар очень плохо обошелся с Заранкой и Огневидой, сжег родной дом Миравы и даже не подумал попросить прощения, хотя все уже знали, что изурочила[65] молодую на свадьбе вовсе не Заранка, а сама же Ярдарова мать, Дивея. Дивею бы и жег! Та и сейчас «ловила медведя» за каждой дверью, какую отворяла, причем не могла к этому привыкнуть и каждый раз пугалась, как в первый раз. «Видно, хорошую порчу наложила! – в досаде говорила Мирава дома Елине и Рдянке. – Уж который месяц не расхлебает!» Дивея теперь жила у Озоры и после наступления сумерек осмеливалась перемещаться только под охраной внуков.
Мальчонки пяти-семи лет очень гордились должность бабушкиных сторожей и с важностью провожали ее в отхожее место – да, и туда тоже им первым приходилось открывать дверь и показывать, что никакого медведя внутри нет… Чтобы полюбоваться на это игрище, многие тархановские жены и девки ходили по вечерам именно к Озоре.
Мирава поначалу, после бурных событий при свадьбе Ярдара, сторонилась его.
Ольрад тоже ходил непривычно хмурый – раздор воеводы с его тещей и золовкой не мог не затронуть его чести, но куда было деваться? Род Ольрада всем корнем был привязан к Тархан-городцу, его отец служил отцу Ярдара, и хотя такого умелого кузнеца охотно приняли бы в любом другом гнезде, он не хотел покидать дом своих предков из-за раздоров с бабами. Понимая, какой трудный выбор мужу приходится делать, Мирава не травила ему душу разговорами об этом.
Да и не время ворошить обиды, когда дружина собирается на войну. Ярдар мог бы сам помочь делу, если бы признал свою ошибку и дал Огневиде серебра на новый двор, но молодой воевода был не из тех, чья честь требует признания оплошностей, совсем наоборот. Он лишь тем и признал молча свою вину, что больше ни разу не зашел к Ольраду в дом и при встречах с Миравой делал вид, будто ее не замечает."
"Из-за всего этого Мирава в первую половину зимы пряла у себя дома, с Елиной и Рдянкой, а если и выбиралась к кому, то лишь к Риманте или к тетке Вербине.
Однако после Велесовых дней, когда дружина ушла на запад и в Тархан-городце остались почти только женщины, Мирава стала замечать, что кое-кому здесь еще тяжелее, чем ей. И этот кто-то была самая удачливая женщина в городе – воеводша Уневлада Вратимировна. Едва выйдя замуж, она проводила мужа из дома – и надолго.
