Тогда стоявший наверху мужчина, темноволосый, явно не гот, да и акцент был другой, крикнули мне:
— Убери своего пса!
— Чтобы легче было убить меня? — спросил я.
— Убить?! — удивился он. — Никто тебя не собирается убивать!
А ведь он, скорее всего, был в море и ничего не знал о плане Агиульфа легко подзаработать. Просто боится собак. Часто встречал таких. Вопреки распространенному мнению, не все они плохие люди.
— Мы скоро уйдем, — успокоил его и сказал спустившемуся сверху старику с палкой в руке, который, судя по заношенной, дырявой одежде, был рабом.
— Принеси воды умыться.
— Сейчас, господин, — сказал старик и пошел к стоявшему в углу между концом дома и забором большому глиняному сосуду, похожему на амфору и накрытому деревянной крышкой.
А я пошел в противоположный угол двора, где за невысокой каменной отгородкой находился сортир — широкая дыра в каменном грунте, от которой в сторону улицы под углом вниз уходила труба из обожженной глины.
Раб принес кувшин с водой.
Я укоротил кисточку, пристроил зеркальце на выступ в стене дома, мелко настругал в нижнюю половинку «матрешки» мыла, развел его водой, взбил пену, намылился ею и побрился. Хоть бритва и была острой, казалось, что с лица содрали кожу. Там я брился электробритвой и пользовался гелем после бритья. Лицо сразу помолодело. Не красавец, но мужественен и властен. Женщинам такие нравятся. Правда, не все они знают об этом.
Раб прямо таки залюбовался моей расточительность.
Я помыл бритву и кисточку, закрыл «матрешку», решив не выбрасывать остатки мыла, не удивлять раба еще больше.
Умылся быстро. Вытерся полотняной рубахой, которая лежала верхней на стопке постиранного белья на камне возле моей коморки. Выстирано всё было хорошо. И как это она сумела без мыла или стирального порошка?!
Потом мы с Гариком перекусили лепешкой с сыром. Я запил вином, а пес — водой. Зарядив часть солидов в пистон ремня, а остальные переложив в новый кошелек, и упаковав свои шмотки и меч в вещь-мешок, я нагрузил на себя весь свой багаж, взял в руки щит и копье и направился на выход.
Посреди двора остановился и сказал наблюдавшим за мной с террасы хозяину, его жене и детям:
— До свиданья! Спасибо за гостеприимство!
— Бывай! — попрощался со мной один хозяин.
И мы с Гариком зашагали в сторону центральной площади Херсона."
"По пути я сперва зашел в кузницу, где заказал стальной лук и рычаг для натягивания тетивы.
