В конце двадцатого века крымские леса казались неухоженными парками. То ли дело в шестом!
Мы целый день добирались до последнего византийского поста в горах. Дальше начиналась территория, подконтрольная таврам. Так как земли там были плохие, ни земледелием, ни скотоводством на них особо не позанимаешься, византийцев они не интересовали. Пост из двадцати человек стоял здесь, чтобы присматривать за таврами, не позволять им совершать набеги большими бандами. Маленькие как-то умудрялись просачиваться незамеченными. Нас предупредили, что дальше соваться опасно.
Лес на ближних подступах к посту был вырублен. Может, солдатами для лучшего обзора, может, такими, как мы. Пришлось ехать дальше. Остановились у дубовой рощицы. Теоретически я знал, какие дубы нужны на обшивку, какие на бимсы, какие на киль. А вот как определить практически? Чтобы народ не сачковал, поручил рубить небольшие деревья для средних и мелких деталей, колышков. Сам же бродил между дубами, ожидая, какой улыбнется мне. Никто из них не хотел умирать.
Пока не наткнулся на два дерева, не очень толстые, с не искривленными стволами, как у большинства дубов. Они как бы соревновались друг с другом, кто лучше. Грек Эвклид решит ваш спор, определит, кому быть килем.
Со мной приехали на четырех арбах вся моя команда и еще трое херсонцев, которых нанял для валки леса. Они и Семен срезали деревья двумя двуручными пилами, которые в России называют «Дружба-2», потому что каждый тянет на себя. Хисарн надрубывал выше предполагаемого отпила, чтобы падали в нужную сторону.
Толя и Ваня обрубывали ветки. Я, Гунимунд, Скилур и Палак охраняли их на атакоопасных направлениях. Три арбы я взял в аренду, оставив в залог кибитки. Мы договорились с их хозяином, владеющим чем-то типа транспортной компании, что после возвращения продам ему кибитки вместе с волами. Это Келогост свел нас. У него поразительная способность зарабатывать на посреднических услугах, причем не прямо, а косвенно: мои волы, поменяв хозяина, останутся зимовать на постоялом дворе.
Не бесплатно, конечно.
Оба больших дуба погрузили на одну арбу. Я решил больше ничего не класть на нее. Волы под гору потянут и не такой груз, спуск не крутой, но лучше не рисковать. Дубами похуже заполнили остальные три. Наверняка тавры уже знают о нас, стук топоров слышен далеко, но пока ничего подозрительного я не заметил, и Гарик никого не учуял. Он носился по лесу челноком, как настоящий охотничий пес, так никого и не поймав. На пост вернулись, когда уже темнело.
