Я поймала себя на том, что напрягаюсь всякий раз, когда вижу впереди мужскую фигуру. Хорошо, что Настя все-таки не столь наблюдательна, когда пребывает в расстроенных чувствах, иначе пришлось бы как-то объясняться. Но сегодня я уже дважды видела человека, очень похожего на Глеба, могла поспорить на что угодно. Нет, этого, конечно, быть не могло, я просто ошиблась — откуда тут взяться Глебу, когда вон даже Настя с трудом прорвалась, и то после звонка мне. Нет, в этом месте я в полной безопасности, потому что о посетителях сразу предупреждают.
А ко мне никто, кроме Насти и Захара, приехать не может. Нервы разболтались у меня, вот что… Надо на ночь успокоительного попросить, а то не усну, а завтра операция.
Настя пробыла у меня до вечера, мы поужинали в кафетерии, еще погуляли, и я проводила ее до парковки.
— Я к тебе завтра приеду, — сказала она, садясь в машину, но я поспешно отказалась:
— Нет, завтра точно не надо, я после наркоза буду.
— Да, правда… но ты хоть позвони мне или напиши, как все прошло, ладно? Я же волноваться буду.
— А ты не волнуйся, тут и врачи хорошие, и уход соответствующий.
— Все равно напиши.
— Напишу, — я нагнулась и чмокнула подругу в щеку. — Все, поезжай, а то темнеет уже. Спасибо, что приехала, — искренне поблагодарила я, потому что мне на самом деле было очень важно то, что Настя откинула обиды и провела со мной почти весь день.
— Ну что ты…
Она вырулила с парковки, я постояла еще на выезде, ожидая, пока машина Насти минует шлагбаум, и только потом пошла в корпус.
Стало ощутимо прохладнее, я обхватила руками голые плечи и подумала, что сегодня мой последний вечер в таком обличье. Завтра мое лицо останется всего лишь в воспоминаниях да на фотографиях в альбоме, что хранится у мамы с бабулей. Не знаю, как я буду объяснять им то, что произойдет со мной… Ничего, придумаю что-то, времени у меня будет достаточно.
Успокоительное мне не помогло. Я полночи ворочалась с боку на бок до тех пор, пока не поняла — нет, не усну. Что хорошо помогает отвлечься от тревожных мыслей? Ну правильно — другие тревожные мысли, и поэтому я включила ноутбук, вынула из-под матраса папку и принялась за вторую часть статьи.
Сейчас я уже не думала о том, что будет, когда статьи эти начнут выходить одна за другой, чем обернется все это для начальства разных рангов в моем родном городе — ну, неважно. Те, кому суждено сесть, сядут, а кому не суждено — умело вывернутся, тут не может быть двух мнений. Но я должна попытаться.
