Из боковой аллеи вышел мужчина, неторопливо направился к крыльцу, и я невольно замедлила шаг, не хотела обгонять или идти вровень. И что-то в его походке, спине, манере держать голову показалось мне таким знакомым, что внутри начала развиваться легкая паника. Никаких знакомых я тут не ждала…
Не знаю, почему, но я нырнула в кусты, и вовремя — мужчина на секунду обернулся, и мне снова показалось, что лицо мне знакомо, хоть я и увидела его мельком и всего на мгновение. Черт, померещится же… Ну, идет себе мужик, приехал к кому-то… Может, это у таблеток, что мне дают, такое побочное действие в виде галлюцинаций? Только этого мне не хватало, надо у Женьки спросить.
Я еще немного попетляла по парку и все-таки решила вернуться не в корпус, а пойти в столовую. Почему-то хотелось почувствовать, что я не одна, что вокруг живые люди, пусть даже здесь не очень принято общаться.
Вот теперь я выглядела так же, как большинство здешних клиентов — в бинтах и с опущенным в тарелку взглядом. Уравниловка в действии.
Но мне это состояние внезапно понравилось — я такая же, как все, у меня те же проблемы, что и у окружающих меня людей.
Я прохожу послеоперационную реабилитацию, озабочена только своим лицом и тем, как оно будет выглядеть потом. Отлично.
Закончив ужинать, я пошла к себе. Дверь в палату была приоткрыта, и я удивилась — неужели забыла закрыть, когда уходила? На пороге я остолбенела. Все мои вещи валялись на полу, из чемодана даже был вырван чехол, матрас на полу, ящики тумбочки выпотрошены… Что это?!
Я выскочила в коридор — Жени на посту не было, наверное, вызвали к кому-то.
Что же делать? Кто мог устроить натуральный обыск в моей палате? Я села на диван у окна и обхватила голову руками, случайно задела прооперированное ухо и даже подскочила от острой боли:
— Черт!!!
— Что случилось? — Женя появилась из-за угла, как джинн из лампы.
— Ухо задела… слушай, Женька, ты давно с поста ушла?
— А что? — сразу насторожилась она.
— Идем покажу, — мрачно предложила я.
Открыв дверь в палату, я пропустила медсестру вперед, и та ахнула:
— Офигеть! Это… это что же… как же?! Надо охране звонить.
Пропало что-то?
— Нечему там пропасть. Но охране позвони, что это еще за новости? Кому вообще это могло понадобиться?
Я задавала эти вопросы почти механически, потому что точно знала ответы на них. И только один не имел ответа — кто и как нашел меня здесь. Ну, а классическое «Что делать?» буквально висело в воздухе, тоже, разумеется, безответно.
