Если бы я знала, чем обернется для меня мое профессиональное любопытство, то ни за что не открыла бы эту папку, что нашла в банковской ячейке. Судьба Алексея была предрешена — он прекрасно понимал, что должен угодить за решетку, но делать этого не собирался, потому и выстрелил себе в голову. Уголовное дело будет закрыто, его заместители отделаются легким испугом, а я обнаружила, что владею такой информацией, что запросто могу устроить в городе смену власти. Но когда, немного успокоившись и трезво оценив ситуацию, осознала масштаб, меня охватила паника — если кто-то из городского начальства догадается, у кого теперь находятся компрометирующие документы, я даже в соседний магазин за хлебом не смогу дойти, от меня просто избавятся.
Ну, я бы на их месте так и сделала. Кто станет искать пропавшую журналистку, писавшую на криминальные темы? В моем портфолио было несколько громких статей и журналистских расследований, задевавших очень влиятельных людей региона, так что у полиции всегда будет возможность сослаться на представителей теневых структур — мол, возможно, кто-то из них.
Надо было выполнить просьбу Алексея и избавиться от папки, но я решила, что пока подержу ее у себя. Но что-то внутри подсказывало — ее будут искать, потому что причина, по которой в кабинет Алексею подбросили пачку долларов, заключена именно в этой папке. Именно она стала причиной его вынужденного ухода из жизни. Наверняка в квартире Вершинина все уже перевернуто вверх дном, и на даче, и, возможно, у его родителей тоже.
Остаюсь я. И, похоже, в этой очереди передо мной уже никого не осталось.
Я провела очередную бессонную ночь, сидя на балконе и куря сигарету за сигаретой, и все думала, думала, думала… Деньги у меня были, их больше чем достаточно. Но надо придумать, как выкрутиться. И тут я вспомнила о Захаре Лаврове и о том, как он рассказывал о близком знакомстве с главным редактором одного из крупнейших интернет-порталов.
Если я смогу уговорить его показать мои материалы этому человеку, то взорву к чертовой матери весь этот клубок единомышленников, что засел в нашей мэрии.
Думаю, Алексей в этом случае будет совершенно спокоен. Но сперва мне нужно обезопасить себя и имеющиеся в моем распоряжении материалы.
Самое простое — уехать, но это даст лишь временную отсрочку — меня будут искать, привяжут к делу Алексея, наврут с три короба, объявят в федеральный розыск — да мало ли возможностей у людей, в чьих руках власть.
Нет, это не годится.
